Попытаться на день спрятаться в каком-нибудь тёмном сарае? Не хотелось бы. Даже если закопаться в землю. Быстро выяснится, что предмет торгов с большой вероятностью не покидал Клоаку. А значит скоро здесь всё перевернут, залезут во все щели, проверят все норы. Плотность населения это позволяет, главное — это население правильно замотивировать.

При всём презрительном отношении к «обезьянам», даже Тига осознавал, что они далеко не дураки. А хорошенько пошарив в памяти свинофила, я теперь уверен, что на олимпиаде по коварству, двуличию и вероломству местные взяли бы весь пьедестал. Даже если бы эта самая олимпиада проводилась где-нибудь в Лондоне.

Хотя знающие люди в моём прошлом мире говорили, что за всем этим показным гуманизмом двуличные бонзы коварно прячут многовековые традиции вероломства только приумножая их. Может это и так. Скорей всего это так. Не известен только истинный масштаб всего этого. Но мне-то пофиг: я уже сошёл с того поезда!

И да, я вспомнил! Людей нельзя совать в пространственный карман, потому что… это оскорбительно!

Огонь у частокола разошёлся не на шутку вызвав хаос и беспорядок. В одну сторону с криками бежали мужчины и дети, спасаясь от пожара. В другую сторону с криками бежали мужчины и дети, чтобы узнать, что происходит. Странно, что в посёлке полностью выстроенном из дерева нет даже пожарной каланчи. И странно, что не видно женщин.

Двигаться куда-либо в таком хаосе было совершенно невозможно, и я затаился на крыше, продолжая исследовать память детей. На крыши, кстати, тоже никто не выбирался, чтобы посмотреть, что происходит. Странно всё это.

Но это всё ерунда, а интересно вот что: если я заберусь целиком в хомосумку, я смогу оттуда выбраться? Откроется ли горловина? Но проверять я, конечно, это не буду! Просто нащупываю внутри чью-то руку и вытягиваю её по самую голову.

Голова оказалась… прелестной. Естественный рисунок становился плотнее и темнее к макушке. Выглядит потрясающе, похоже на короткую затейливую стрижку. Ну или на что-то типа сложных косичек, только без самих косичек. Голова эта принадлежала Наиль, Достойнейшей одной с Тига весны. В том смысле, что они ровесники. Рука её оставалась всё такой же холодной, но губы были вполне себе тёплыми, а прижавшись ухом, я услышал ровное, но замедленное дыхание. Кажется, всё более-менее нормально, по крайней мере дышать там точно можно. Ладно! Хватит разглядывать — запихиваю её назад в сумку.

Нет, подумать только! Ещё совсем недавно я пугался флирта Ленки, потому что ей полтинник и у неё усы и борода. А сейчас считаю довольно милой Наиль, которой заметно больше тысячи, и она покрыта шерстью целиком. Чудны дела твои, создатель!

Внизу в это время произошли быстрые и кардинальные изменения. Народ закончил это своё броуновское движение и выстроился в плотную цепь, в одну сторону передающую разнообразную посуду с водой, а в обратную — посуду пустую. Трафик посуды был не очень большой, поэтому пока у них это неплохо получалось, по крайней мере никто не путался. А я увидел в этом возможность выбраться из города.

Поколупавшись ранее в памяти детей, которые из-за специфики своей основной деятельности знали поселение, как свои четыре пальца, я обнаружил, что внутренний частокол опоясывает полноценная улица. С лавками, конторами и трактирами, среди которых особенно хорош тот, что возле ворот в подземелья. Если вечером подойти к его чёрному ходу, за мелкую монету можно купить просто гигантскую гору вкусных объедков! В животе опять заурчало: вот я проглот растущий организм!

Так вот! Главная артерия поселения достаточно широка, чтобы я не завяз в стычках, если на меня нападут. Она огибает Зёв и дальше, прямая словно стрела, идёт до самой площади у ворот. Ворота охраняются, но там есть варианты, может быть смогу просто перелезть через забор.

Пока все увлеклись пожаром, нужно скорее воспользоваться этим шансом и добраться до ворот. Я отыскал в сумке трофейный меч (чтобы выглядеть опаснее) и амулет щита (чтобы не прибили). Щит я совершенно зря всё это время игнорировал. Все претензии к нему Тига касались только мощных зверей нижних уровней. От холодного оружия в руках людей, да и от их кулаков он отлично защищает.

И только я приготовился покинуть наконец эту осточертевшую крышу, как яркую мешанину цветов на горизонте внезапно прорвало, и из образовавшейся бреши вверх взметнулся сияющий диск испепеляющего светила, готовый выжечь мои глаза до тла, и…

У меня закрылось третье веко. Я постоял на крыше, посмотрел на солнце, оглядел окрестности, пожал плечами и спустился.

Я решил сделать крюк, чтобы подальше обойти занятых тушением пожара и чудесным образом дошёл до улицы вообще никого не встретив. И шагнул уже было на неё, выставив угрожающе меч, но тут вспомнил про возможности менталистики. Можно наложить на себя иллюзию обезьяны человека и, если никого не касаться и ни с кем не разговаривать, иллюзия будет держаться, пока в ауре есть Сила. И у меня как раз имеется в памяти просто шикарный образ человека, который никогда не был в этом славном поселении и ни с кем не знаком, а сейчас совершенно точно дрыхнет в лесу.

Я натянул иллюзию Гарольда и спокойно пошёл по брусчатке. Хм, а тут у них цивилизация. Если бы не стремление всех домиков потолком царапать макушку — было бы вполне себе уютно. Улица сейчас практически пуста, двери заведений закрыты, а окна… окна были очень странными. Совершенно непрозрачные для меня и похожие на странный бионический витраж, изображающий срез каких-то живых тканей под микроскопом. Я шёл и разглядывал эти витражи во всех зданиях. Все они были разные, но тема рисунка совпадала, поэтому вряд ли это стилизация. Скорее какой-то необычный минерал, который пилят тонкими пластами.