А ведь это вариант! Дом полностью самодостаточен и может долго прожить без связей с внешним миром, сколько бы там людей не осталось. А вот оставшиеся в долинах человеки без поддержки снаружи станут практически безопасны. То, что от обвала пострадает охрана ущелья — мне моя совесть простит. Это война, как говорит Балгёлит, а я уже принял одну из сторон. Осталась только маленькая такая деталь: амулеты подрыва скалы сделаны так, что запитывать Силой их нужно прямо отсюда. Поэтому для подрыва ущелья требуется группа опытных камикадзе.

Я подошёл к Балгёлит, и в её эмоциях было что-то такое… Блин, ещё один самурай на мою голову!

— Солнце моё, ты же без пяти минут Мастер амулетики! Неужели ты не можешь сделать из… глины и палочек амулеты, которые смогли бы подать Силу уже в эти амулеты, но только через час?

Эх, нету фотоаппарата, но я менталист, я запомнил её лицо, а потом могу отправить ей этот образ. Всё-таки у людей ужасная инерция мышления и они страшные фаталисты. Судя по эмоциям, она всерьёз думала, что останется здесь подрывать скалу.

Щас! Моё!

Зато теперь, когда она осознала, что можно всё провернуть по-другому… Никто и никогда на меня так не смотрел! Словно перед ней не я, а сам создатель спустился с небес и поразил откровением. Хм, а об этом тоже надо подумать. А главное, моё ЧСВ, смотрите как оно заколосилось!

Пока девушка делала систему подрыва, она поделилась впечатлениями. В одной моей фразе, она действительно нашла для себя целых два откровения: первое — что для разового использования амулет можно действительно сделать из чего попало, и второе — что даже если способ использования амулета абсолютно очевиден, можно придумать обходные пути. Ну и «солнце моё» пришлось тоже кстати. В отличии от младшей, она уже и забыла, что наши с ней отношения стали несколько ближе. Что же, буду постоянно напоминать.

Пока я осуществлял моральную поддержку невольного сапёра, Бхисёлилан сходила на разведку дальше по туннелю и обнаружила там такой-же замаскированный балкончик, только выше. Однако ничего страшного, обычная верёвка у нас была, спуститься не проблема.

До первых лучей солнца оставалось больше трёх часов. Обвал мы решили устроить перед самым рассветом, а за оставшееся до него время успели спуститься и спокойно пройти треть расстояния до перехода в следующую долину. Здесь, в ягодном кустарнике, мы и устроили небольшой привал, чтобы девушки смогли вздремнуть часок-другой. После обвала начнётся суета, которой мы воспользуемся, чтобы пройти в следующую долину, а там и до Дома рукой подать.

Но главное для меня сейчас, чтобы амулеты из того самого и палочек сработали.

Как только мы попали в Дом я сразу же вырубил Балгёлит. Бхисёлилан держалась дольше, правда то и дело прижималась ко мне, без всякого сексуального подтекста конечно же, просто плакала. Я обнимал её одной рукой, мы стояли так какое-то время, а потом шли дальше, обходя тела.

В спальне Бхисёлилан я устроил Балгёлит на кровати, рядом свернулась клубочком хозяйка комнаты, и тоже попросила отправить её в сон. Мне не сложно, да и я сам давно ей предлагал. Да уж.

Ущелье рвануло знатно. Не знаю, изначально это так было задумано или Балгёлит перестаралась, но на рассвете нас подняло землетрясение баллов в семь. Десяток секунд даже встать было сложно.

Результаты своей диверсии мы увидели только когда добрались до перехода в следующую долину. Ущелье было погребено под горой камней, которая не подразумевала прохода человеками.

Пока до этого самого перехода шли, сверху, из других долин, выбежало несколько сотен человек, видимо почти все, которые там были. Отстающих, без тени сожаления, убивали мои спутницы. Хорошо бы запечатать и этот переход, но это просто широкая лестница, вырубленная в скале, и она не подразумевала никаких способов блокировки.

Поднимаясь, я сначала удивился, почему строители лестницы не оставили с краю даже узкого пандуса для тележек, но потом понял, что туплю. Мне самому преодоление этой лестницы не стоило почти никаких физических усилий. А я ведь ещё несу в хомосумке гору барахла, изъятого из сокровищницы в Клоаке.

Вторую долину, густо поросшую высокими ягодными кустарниками, мы миновали быстрым шагом под иллюзией. Всех встретившихся человеков с оружием девушки неизменно убивали, не обращая никакого внимания на безоружных. Я только и успевал обновлять иллюзию.

И вот я наконец своими глазами увидел Дом. Скала, в которой он был построен, с южной стороны была почти отвесная, и в ней, почти с самого верха, был словно вырезан ровный отвесный жёлоб, со стенками из тёмного стекла. Стекло монолитное, но не гладкое, а застывшее с наплывами, словно его лили откуда-то сверху. Какие-либо этажи не просматривались днём, и это мешало оценить реальные размеры, но даже так, выглядел Дом впечатляюще. Целый город в горе.

Снизу, как я и ожидал, была неаккуратно разбросана груда камней — всё, что осталось от лестницы и лифтовых шахт.