Белые волосы, белая кожа, ну или шёрстка, белое закрытое платье до пола. Поверх платья белый объёмный плащ, который, кажется, скрывал в себе белые крылья. Только зрачки были чёрными.

— Фе… Фея? — промямлил я, в самое сердце поражённый переменой.

— Гермиона. Пожалуй «фея», — она сделала небрежный, но восхитительно грациозный жест рукой — звучит как-то легкомысленно!

— Кто ты на самом деле?

— Тебе лучше знать, — тепло улыбнулась снежная королева. — ты же меня создал.

Когда-то мне попадался миф о совершенном творении, увидев которое все умирали, включая создателя, ибо дальнейшая жизнь становилась настолько безрадостной, что теряла смысл.

— Ты точно не умрёшь, ведь мы связаны.

— Смелое утверждение. И ты что, видишь мои мысли?

— Мы с тобой живём в одном доме, я просто научилась эффективнее использовать его пространство.

Допустим мы, это ядра личности, самосознания, «я». Тогда дом — это всё, включая мысли, воспоминания, даже скопированные чужие. Возможно будет проще попросить фе… Гермиону, чем разбираться со всеми архивами памяти, которые скопились у меня в голове.

— Я всё ждала, когда ты наконец попросишь.

И тут я почувствовал себя… богом? Я был Балгёлит и Тига и одновременно собой и ещё Риве и ещё много кем. Я помнил одновременно всё и за всех, я даже почувствовал, что не только я создал её, но и она меня, и это не факт, а процесс, который всё ещё продолжается…

Но в этот момент меня отпустило.

— Доволен?

Ну по крайней мере я теперь знал в чём весь сыр-бор. Несколько Домов во время последнего обмена молодёжью узнали, что в «Снежных вершинах» активно ищут Виталику. Они тоже страдали от демографического кризиса и засели в архивах даже плотнее, чем Тига со товарищи. В ходе их исследований выяснилось, что люди появились из некого места под землёй, с говорящим названием «колыбель», из которого затем вылезли в горные долины, где научились сельскому хозяйству, добыче руд, и зачаткам магии. Но население быстро росло, и люди стали расселяться по планете.

И всё было бы хорошо с этими архивами, но тут нашла коса на камень. Сама парадигма существования людей, их вера в создателя и рациональную эволюцию вступала в противоречие с реальностью в лице колыбели и Виталики, в ней находящейся, с её случайными мутациями. Поэтому эти Дома договорились обрубить корни и уничтожить «Снежные вершины» вместе со всеми следами Виталики.

Сейчас против нашего Дома порядка пятнадцати тысяч людей, если, конечно, к крестовому походу не присоединятся другие. М-да.

— Вернулись твои девушки. Познакомишь?

— Ты уже можешь появляться в реальности? — хотя зачем я спрашиваю, я же и так знаю, что может. Тут скорее другой вопрос, в качестве кого я её представлю.

— Что за глупости, разве у нас с тобой может быть кто-то ближе? Привыкай.

Да уж.

Три моих девушки и четверо парней оживлённо обсуждали что-то в центре холла, причём парни уже находились в состоянии шока. Уверен, что Ивилаи их довела. Поднимаюсь на ноги и рядом из воздуха появляется Гермиона во всём своём белоснежном великолепии. Теперь в шоке все, а разбуженный первым длинный парень валится, надеюсь, что просто в обморок. Подходим.

Собственно мой материализовавшийся глюк наверняка знает всех присутствующих, а я вот имён парней не припомню, поэтому просто представляю всем спутницу:

— Это… — я указал рукой на снежную королеву и завис.

Вот зараза! Если я её назову, то получится скорее «Гёльминта», а учитывая, что она живёт во мне… нет, не буду!

«Я Гермиона» — услышали все присутствующие, судя по новой порции изумления в аурах.

— Мы очень близки с Виталиком. — добавила она своим прекрасным голосом.

Все замерли, излучая следующую за крайней степень изумления. С пола поднялся ранее выпавший в осадок виталист. «А кто это?» — тихонечко спросил он у соседа. Тот впал в ступор, осознав, что не может произнести имя. И только Балгёлит стояла абсолютно счастливая и плакала. И я чувствовал, что у неё наконец возникла эта глубокая привязанность, но не ко мне… И даже не к Гермионе. Она, кажется, что-то такое поняла и не разделяла нас.

Так, если это безобразие не остановить, то все так и будут стоять и пялиться на Гермиону. Поэтому прекращаю балаган:

— До утра кто-нибудь ещё может проснуться?

Все повернулись ко мне и отрицательно машут головами, даже Балгёлит, которая бесконечно далека от вопроса. Ну надеюсь, что из шестерых виталистов хотя бы один машет головой сознательно, поэтому продолжаю:

— Тогда предлагаю девушкам сразу отправиться в ресторан, а мы с парнями сейчас отнесём пленных в склад и присоединимся к вам.

Девушки привычно направились к быстрому лифту, однако сохраняя дистанцию с Гермионой, уж больно непривычен её образ. А интересно… ага, она может поддерживать своё «тело» на любом удалении от меня.