— Спасибо тебе Шутник, — начал с порога Ворчун, — я уже не надеялся больше увидеть свою ласточку,

— Да ладно, — вгонял меня в краску Ворчун,

— Ну как ладно, какое дело помог сделать, да я теперь. Ух… Я…. Блин я тебе благодарен, очень сильно, — и полез ко мне обниматься, звучно хлопая своими ладонями по спине.

— Все, Все, хватит Ворчун, — освобождаясь от его захвата счастья,

— Реально спасибо тебе, — присоединился к словам Ворчуна, Гризли, — это ведь единственная ниточка, которая напоминает нам о той, старой жизни,

Через минуту как вошли парни, на столе прибавилось еды, точнее закуски, а также красовалась еще одна бутылка мутной жидкости.

— Парни? — поинтересовался у ребят, указывая на бутылки, — вот я понимаю водка — это водка, а вот — это что такое и, зачем оно здесь?

Гризли с Ворчуном переглянулись, потом посмотрели на меня,

— А ты не знаешь? — спросил у меня Гризли, я покачал головой глядя на них,

— Так ведь это напиток местного приготовления, обалденное средство, для выведения лишних не очень приятных воздействий радиации, на организм, — сказал Ворчун, и потом добавил, — заодно, лечит похмелье на раз,

— Да и после принятия скара внутрь, лучше всего запить этой жидкостью, — добавил к речи Ворчуна, Гризли, — позволяет избежать последствий отката,

— Со скарами, я понял, а вот с радиацией не очень?

— Дружище, вот, сколько ты здесь? — спросил Ворчун, — ладно, не говори. Пора запомнить, большое скопление мутантов и сильных животных в зонах повышенной радиации, там, где радиация ниже и их активность снижается.

— Почему, как ты думаешь, поселение именно здесь стоит на не посреди леса? — спросил Гризли, — не ответишь, потому, что не знаешь,

— Здесь радиации почти нет, — сказал Ворчун, зачерпывая ложкой кашу, — вот и отсюда мало нападений, живность здесь не особенно селится.

— Тебе попадались разрушенные или полу разрушенные здания? — спросил меня Гризли, а после моего кивка добавил, — так вот там, не получилось остепениться и, создать нормальные условия для проживания людей,

— Ну да, — снова вклинился в разговор Ворчун, — радиация высокая, твари каждый день прут, то по одному то стаями. Не забывай о подземных жителей, тех вообще нужно опасаться, вылезут ночью из пола и все, кирдык спящего на перерождение,

— Вот и приходится, жить здесь, а туда на вылазку ходить, — взял слово Гризли,

— Так что радиация для мутантов и местной флоры с фауной не опасна, — подытожил Ворчун, — а нам ее нужно выводить из организма, жизней лишних нет, чтобы перерождаться постоянно.

«То — то я не обратил на — это внимание, я ведь мутант, и на меня действие радиации, ни какого пагубного влияния не оказывает». Пронеслось у меня в голове.

— Спасибо парни, а я как-то и забыл про — это, — сказал, вжав плечи и, состроил виноватое лицо,

— Вот и лечись, давай, — хохотнул Гризли и хлопнул меня по плечу,

— Ребят? А эта жидкость?

— Студень, — сказал Ворчун, — лучше покупай, сам не делай. Не правильно добавишь ингредиенты, потом вывернет наизнанку.

— Хах… - засмеялся Гризли, — ты вспомнил, тот случай, когда два дня с горшка не слазил?

Ворчун, ткнул Гризли кулаком в бок, после которого то слегка охнул,

— В общем, сам не делай, — и махнул рукой,

— Хорошо, я понял, так вот, хотел спросить? — и посмотрел на ребят. Они подняли головы и посмотрели на меня, — Как Студень с водкой взаимодействует? Смешивать можно?

Оба переглянулись и заржали,

— Можно, — сквозь смех, сказал Гризли,

— Чего ржете, — улыбнулся, глядя на них,

— Как чего? — не переставая хохотать, отозвался Ворчун, — мы ему про чудесные свойства напитка, а он беспокоится о водке,

— Наливай, уже, — сказал Гризли, вытирая слезы, проступившие от смеха.

День 16

Проснулся с утра, снова головной болью, состояние организма подавленное, голова кружится, в висках набатом пульсирует кровь. Опускаю ноги, вижу рядом с кроватью четыре бутылки Студня, открываю одну и начинаю глотать жидкость, вкус отвратительно горький, на языке непонятное послевкусие.

Пока Студень, не проявил себя, решил восстановить в памяти картинку вчерашнего вечера. Пили, с нами снова в застолье участвовал Борода, Ласка, много и часто заглядывала к нам в комнату, злилась. Помню, она меня снова, тащила до комнаты, что-то ей говорил, а может и не говорил, не помню.

Как только попустило, проверил КПК, деньги на месте. Проверил инвентарь, тоже все на своих местах, обшарил разгрузку, все, как и было. Облегченно вздохнул, и оделся. Стоп, почему я раздетый, не помню, чтобы раздевался.