Граница
вернуться

Польшин Аркадий
Шрифт:

Аркадий Польшин напоминает: русский народ до сих пор не восстановился после Второй мировой войны…

……………………………………………………………………………………………………

«Отдать душу и положить живот за други своя вот предназначение русских. В этом их сила!»

В этом ключе, безусловно, написаны поэмы: «КНЯЗЬ ФЁДОР», «ВЕЧНОЕ ПОЛЕ», «ВОЛЯ», «МОНАХ», «НАСТОЯЩИЕ ВОЛКИ», «КУПЕЦ», «АНГЕЛЫ»!

Я – славянин! По духу и природе.Во мне течёт могучих предков кровь…Егор Назаров

…Эпиграфом к поэме «КНЯЗЬ ФЁДОР» А. Польшин взял строки ЕГОРА ИВАНОВИЧА НАЗАРОВА (1848–1900). Вспоминается работа над «Липецким Энциклопедическим Словарём» (1994). Я попросил А. С. Куркова написать о поэте-самоучке очерк. Конечно же, лебедянский краевед подготовил основательное эссе о даровитом лирике-суриковце из Ельца. И именно Курков в том же 1994 году привёл даровитого (как любил говорить Борис Шальнев) Аркадия Олеговича Польшина к липецкому поэту-фронтовику Сергею Порфирьевичу Панюшкину. Скажем так – на просмотр! Всё… круг замкнулся: Иловайский, Назаров, Курков, Панюшкин, Шальнев, Польшин и ваш покорный слуга – Шахов?.. Нет!!! Продолжением этого круга является «погружение» читателя в легендарно-богатырские глубины Истории в том же «Князе Фёдоре», например:

Дело было в ЕльцеДа на быстрой Сосне,Когда бились в кольце,Когда бились в огнеНаши предки однажды —В год, как водится, дважды…Был у них богатырь,Был у них атаман!Он поганых в ясырьУводил, как туман.Богатырь этот – сокол —Был по имени Фёдор.

«Земли родной минувшая судьба…» Развитие интригующего сюжета:

Вдруг гонец прискакал —Этот вестник беды.Трое суток петлялОн под брюхом орды:Видно, парень был ловкий —Сей посланник московский.Он вражину считал,Потом плюнул вослед:У Москвы тоже план,У Москвы есть секрет!Был гонец наш отмечен:После церкви – на вече.Поклонился казак:Поклонился отцам,А потом – низко так —Да обоим концам.Молвил, выпрямив плечи:«Уж татары у Мечи!»«Ну и что нам с того? —Кто-то гордо сказал. —Тот татаро-монголОб нас зубы ломал.Мы живём в этом полеВместе с саблей и волей».Осенился гонецВиноватым крестомИ поведал: «ОтецШлёт вам низкий поклон.А отец наш – кремлёвский,Сам Димитрий Московский.Ждёт своих сыновей,Удалых казаков.Так седлайте скорейОгневых скакунов!Будет десять поганыхНа пяток православных».

Каковы жанрово-стилевые особенности повествования А. Польшина?! Художественно-историческая стилизация?! Философско-культурологический лироэпос?! Летописная иллюстрация?! И концовка первой части поэмы:

«Это… радость для нас, —Молвил Фёдор – отец. —За Москву в этот разБудет биться Елец:Будет бить стоголовоОн за знамя Христово!Так веди нас, гонец!Так веди нас туда,Где средь лучших сердецПлачет знамя Христа.Решено! На МамаяМы сейчас выступаем»…

Каково разнообразие изобразительно-выразительных средств (метафоры, поэтический синтаксис, пейзажи, диалоги, монологи)?! Как я уже сказал выше: нет – круг не замкнулся, не закрылся! Он увеличивается, расширяется с каждым читателем, с каждым открытием книги «Граница» Аркадия Польшина!!!

Василий Шахов,профессор, доктор филологических наук, член Союза писателей России, член Союза журналистов России, лауреат Карамзинской, Бунинской, Есенинской премий

Стихи

Святогор

Два моста, как два крепыша,По брегам донским – по судьбе.У «Казённого» плачет душа,У Другого суставы в борьбе.С тем, которому 100, вчераПопрощался местный таксист,И статью про 100, на гораВыдал честный пиджак-журналист.Заглянул в позапрошлый век —На другой, на турецкий фронт,Когда Шипку держал Человек,Расчехлив русский штык и живот.Вспомнил паря Турецкий спускИ родник, что внизу живёт.Но для нас та гора – Эльбрус,А родник как бы Дальний Восток…И быльём поросла тропаСквозь былинный восточный брег,Где приставшая с битвы толпаОмывала свой рыжий доспех.Той России давно уж нет:Много было войн и трудов.У «Казённого» крепкий скелет!У «Казённого» 100 парусов!Мост Другой, презрев светофор,Тьму моторную – в хоровод…Я б назвал его… так: «Святогор!» —А не номером два аль 500.Он, как Скиф-богатырь босой,В лебедянские скулы врос.И плывут над его бородойСамоходы в жару и мороз.Оба здесь, под Тяпкой – горой,Прикрывают своих рыбарей,Обвенчавшись с донскою волной —Этой кровью легенд и полей.Не рыбак я, но тоже свой —Лебедёнок с душой-тетивой.На меня, как стрела, в упорСмотрит пристально тот Святогор!г. Лебедянь

Облака идут в никуда…

Облака идут в никуда:Нет начала, конца пути.На Земле так было всегда —Тех краёв вовек не найти.Может быть, у злых полюсовОни брег найдут и приют?..И опять… без дна, без оковОблака, как рыбы, плывут.

Щит

Есть флаг и герб у меня,Есть суша и моря сила.Всё вместе – моя страна,Моя Россия в полмира.А стяг тот бежит ручьём —Туда, куда рвётся ветер.Его не возьмёшь огнём,Его не засунешь в сети.Он храбр, как русича меч,Он горд, как Кавказа небо.Три полосы – не перечь.Три полосы – победа!А герб тот – надёжный щитВсем Азиям, всем Европам.Он кем-то давно прибитК златым цареградским воротам.

Ковчег

Дождь тарабанит в окно,Дождь разболтал все секреты:Где угощают вином,Где промышляют поэты.А где-то… вкрадчивый штыкВ соседа готовы вхряпать.Жизнь… она солнечный мигДворцам и всем казематам.Миг этот жарче войны,Ярче отчаянной пули.Пускай идут до весныЭти дожди-ветродуи.В дождь никого не убьют —Блиндаж усыпит героя,Но через сорок запрудВспомним библейского Ноя.Уже стучат топоры,Уже зовут барабаны!..В причалах ждут до порыКовчеги и капитаны.