Двадцатидевятилетняя Брун в ордене считалась ветераном. О чем и говорил её двухзначный номер её фамилии. Ветераном – одиночкой. Но не в этот раз. Пусть она и была усиленна магией и орденом, но все же и её возможностям был придел. Демоны, которые вполне возможно и устроили весь этот переполох, были её слабым местом. Если церковники и инквизиторы ничего не могли сделать с душами, то Ловцы ничего не могли поделать с демонами. Уж слишком слабы и одержимы были души бывших сирот, выросшие в полном лишении и отречении даже от самого Бога. За что и были весьма не любимы в некоторых набожных регионах. Где особо ретивые наемники охотились за их кинжалами, что были желанным дополнением любой оружейной коллекции.

Пройдясь по улицам и оценив общую обстановку по городу, Брун пришла к неутешительному выводу. «Все очень и очень плохо» - идя по полупустой улице буркнула себе под нос женщина.

Обойдя лучшее заведение города по кругу, прикинув все возможные планы отступления и побега, женщина зашла внутрь таверны.

В нос ударил приятный запах жареного мяса и доброго свежесваренного пива, от чего желудок охотницы подал голос. Ловя на себе все не столь многочисленные взгляды местной фауны, женщина подошла к стойке.

– Чего изволит желанная в этих края гостья? Только скажите! – поклонившись, сказала женщина, успевшая оценить алый камень на рукояти клинка.

Женщина окинула таверну внимательным взглядом.

– Сейчас лучшую еду и выпивку, после подготовьте комнату на втором этаже, ту, что по центру и с видом на местные хибары, – женщина оценивающе пробежалась взглядом по сыну местной хозяйки, который сейчас в поте лица разносил выпивку и закуски.
– Ещё горячую ванну мне в комнату и вон того мальчика, что за третьим столиком. Плачу золотом, – после чего она сняла кожаную перчатку и отсчитала из увесистой кошели несколько золотых. Монеты со звоном рухнули на барную стойку и спустя мгновение исчезли где-то в кармане благодарной за такую щедрость хозяйки.

– Как вам будет угодно, щедрая госпожа! – женщина откланялась и поспешила поднапрячь расслабившуюся прислугу.

***

– Местная правительница та ещё сучка, – прошипела Боки, поудобнее пристраиваясь в глубоком кресле своей новой резиденции.

– Не сотрясай воздух своей грязной речью. Ты же священнослужительница, – тяжело вздыхая напомнил пастырь, уставший терпеть сквернословие своей подчиненной.

– Малыш, я здесь и в этой рясе лишь затем, чтоб твоя сладкая попка в придачу со всем тем, что у тебя там между ног болтается, не оказалась в каком-нибудь местном борделе. Где тебя бы пороли и насиловали очень не хорошие тёти. Так что не заблуждайся на мой счет. Борец с демонами тут один, и это ты, а я для того, чтоб ты смог добраться до этих демонов живым.

Парень недовольно фыркнул, однако ничего не сказал. Погружаясь все глубже и глубже в показания свидетелей и ныне почивших воительниц святой инквизиции, его мысли были полностью направлены на то, чтоб распознать своего врага. Ведь демон демону рознь, и даже слабые сошки первых кругов ада, если к ним подойти с пренебрежением, могли устроить настоящую бойню. Не говоря уже о старших их братьях, что умели не только убивать, но и владели сознанием, и, судя по всему, с одним из таких демонов им и предстоит в ближайшее время столкнуться.

Глава 4 - Ламия

Златовласая Ламия, восседая на имперском троне, с задумчивым видом слушала доклад своей пажи, которая сейчас в мелких подробностях доносила о всех изменениях в характере и поведении парня. Сквернословие, непослушание, отрицание многих фактов и непринятие реалий мира. Это все было не свойственно тому мальчику, в которого она влюбилась. Жак – в переводе «следующий по стопам Бога». Это имя говорило само за себя, и раньше мальчик полностью ему соответствовал. Хоть для нее это было совершенно не важно, главное, что он теперь принадлежит ей и только ей. Будет вести себя хорошо - проведет остаток жизни в достоинстве и при титуле императора, а нет, собаку всегда можно загнать в подвал и посадить на цепь. Плевать как громко она будет гавкать. Ей нужна была лишь его внешность. Его черные, длинные волосы, плавные черты лица, свойственные лишь самым лучшим мужчинам этого мира, и яркие зеленые глаза, которые были главным достоянием дома «Черной реки». Красота столь редких мужчин, рожденных у «Возлеречья» было подспорьем для множество войн. «Однако в этот раз все обошлось куда меньшей кровью» - удивляясь тому, как все гладко прошло, вспоминала императрица.

Этот год для рода «Черной реки» выдался весьма и весьма скверный. Сильные дожди, проливающиеся с весны по осень, постоянные паводки от беснующейся реки и, как итог, практически полностью уничтоженный природой урожай. Им даже пришлось начать торговать с ушастыми, чтоб не помереть с голоду. Кровожадные соседские дома, которые были куда опасней потенциального врага – эльфов, тоже не спали, то и дело грабя обнищавшие крестьянские поселения и сжигая в бандитских налетах амбары с зерном и снедью. Но главной целью являлась крепость у русла реки «Матери», что давала начало другой реке - «Малой дочери». Это главное сокровище и являлось целью всех малых родов империи. Это место было стратегически важно как в военном ремесле, так и в торговом. Так как это был единственный мост, граничивший с эльфийскими землями. Кто контролировал его, тот имел плацдарм в обе стороны, а при разрешении имперского двора возможность торговать, которую так и не даровали дому «Черной реки». Субсидии на содержание войска от империи и новые торговые потоки могли озолотить будущего владельца твердыни.

Однако, «Возлеречье» было старым союзником её сестры и всей империи. Множество раз они выступали под стягом десятков прошлых императриц, что были до нее, и даже в самых сложных и безнадежных битвах храбрые и сильные девы выходили победительницами. Что и не позволяло в открытую выступить против былого союзника, если Львица не хотела поднять против себя всю «старую дворянскую гвардию». О силе рода, как и о «Речной покровительнице» - матери Жака, которая по праву считалась одной из сильнейших мечниц Запада, а так же о её союзницах лепетали многие. Однако, со смертью их покровительницы Астарты, сестры Ламии, которую та обезглавила в честном поединке за право воссесть на трон, позиции «речных» ослабли. Месяц за месяцем новая Императрица подбиралась к ним все ближе и ближе, подкупая союзников «Возлеречья» и демонстрируя максимальное дружелюбие. И в какой-то момент ей все же удалось обхитрить Старую воительницу.