Когда доктор не ответил на звонок, Лука потянул бабушку за пальто, умоляя уйти. Однако после третьего звонка дверь открылась. На пороге стоял Руджеро, худой и хрупкий, скособоченный, как и его жилище, с морщинистым покрытым пятнами лицом. При этом он был одет так, словно собирался в оперу: белая рубашка с воротничком, красный свитер с V-образным вырезом и твидовый пиджак. Коричневые замшевые туфли в тон к пиджаку.

– О, что же тут у нас? – улыбнулся он, принимая фруктовый пирог, который испекла для него Летиция Тавиано. Так многие горожане платили своему врачу – корзиной свежих фруктов из сада или блюдом собственного приготовления. – Как раз к завтраку. Проходите.

Они последовали за доктором, когда он, шаркая по полу, направился на кухню. Nonna практически тащила Луку по узкому коридору – темному, сырому и жуткому, каким мальчик и помнил его.

– Значит, – спросил доктор, не оборачиваясь, – мальчик все еще болен?

– Нет, – огрызнулся Лука. – С мальчиком все отлично!

– Лука! – ахнула Nonna.

– Все в порядке, синьора. Дерзость – хороший знак. Пожалуйста, садитесь, – указал он на маленький деревенский стол на кухне. – Я как раз пил утренний кофе, и мне очень хотелось чего-нибудь сладкого.

Руджеро достал из кармана брюк маленький перочинный ножик и, невзирая на дрожь в руке, принялся разрезать пирог точными движениями хирурга. Он предложил посетителям по кусочку, но Летиция настаивала, что они уже позавтракали. Они терпеливо ждали, пока он потягивал кофе и ел один кусок пирога за другим.

– Ну и как Джованни? – спросил доктор. Крошки падали с его губ и цеплялись за ворсинки свитера.

– Хорошо, – неуверенно ответила Nonna.

Глаза Руджеро сузились.

– Лучше убедить его, чтобы он пришел. Ему необходимо пройти обследование.

Nonna кивнула. Как бы она ни беспокоилась о муже, ей не верилось, что доктор может помочь. В свои семьдесят семь лет Джованни был силен как бык и работал на ферме от рассвета до заката, по будням и выходным. Его проблемы были больше связаны с головой, чем с телом. Он был очень строг к себе, когда что-то шло не так в семье или на ферме, да и в любой ситуации. Ему бы только научиться больше расслабляться, видеть в жизни и хорошие моменты.

– Это было восхитительно! – сказал Руджеро, вытирая рот и освобождая место на кухонном столе. – Пора заняться делом. Поднимайся сюда, мальчик.

Ожидая, что в любой момент из-за угла может выскочить дикий кабан, Лука покачал головой и вцепился в бабушкину руку. Летицию тоже удивила странная просьба доктора.

– В моем кабинете нет света, – объяснил Руджеро. – Так что не заставляй меня ждать, мальчик, прыгай прямо на стол.

– Лука, – с вызовом сказал ребенок. – Меня зовут Лука.

– Ну конечно. Как можно забыть Луку Тавиано и его прекрасные рыжие кудри? – с улыбкой ответил доктор. – В нашей стране не так уж много мальчиков с такими волосами. Верно, синьора?

Это была правда, и Летиция гордилась шевелюрой внука, как когда-то гордилась цветом волос Паоло – его отца, их приемного сына. В самый разгар войны Джованни отправился в Геную, чтобы усыновить ребенка из приюта сестер Святейшего Сердца. Он сказал жене, что монахини ничего не знают о происхождении малыша, однако ее это ничуть не волновало. Главное, что Пресвятая Дева ответила на ее молитвы и дала ей дитя, о котором Летиция всегда мечтала, но сама родить не могла.

– Давай, Лука, раздевайся и начнем осмотр.

После недолгих уговоров мальчик неохотно подчинился. Когда Руджеро поднялся и подошел ближе, его стариковский запах стал невыносимым. У него осталось всего несколько зубов цвета гнилых бананов. Пока Лука, закрыв глаза, пытался задержать дыхание, Руджеро осматривал ноги и руки пациента, ощупывал лимфатические узлы, заглядывал в рот и уши, а под конец послушал легкие. Затем доктор отступил назад, несколько раз потер подбородок большим пальцем и вынес свой вердикт.

– «Санта-Кристина».

– «Санта-Кристина»? – слабо повторила Летиция. Одно упоминание об этом месте заставило ее содрогнуться. Ей сразу вспомнилась ужасная ночь, худшая в ее жизни, та, которую последние десять лет она изо всех сил старалась стереть из памяти.

– Похоже, это острый бронхит.

В то время как бабушка с ужасом думала о посещении больницы в Ронделло, Лука ощущал себя абсолютно счастливым. Ведь осмотр закончился и он скоро вырвется из лап отвратительного старика и его диких животных.