Забытье не было долгим. Вода, в которую разложился запрещенный в Федерации газ, еще не успела высохнуть. Но все же жаркие лучи местного светило делали свое дело и спустя пол часа ни одна комиссия не определит, что здесь был применено химическое оружие.

Мигали уже несколько предупреждений о перегреве брони, так что определив отсутствие человеческих существ в радиусе полукилометра я с огромным удовольствием снял шлем. Этого нельзя было делать вне базы Института, но после пережитого на правила мне было наплевать.

Сначала я вынул из скрюченных смертью и паром со сложной формулой пальцев жреца бутылочку с эликсиром и перелил содержание в герметичный термос на поясе. Потом ножом вырубил образцы мяса у четверых принявших снадобье индейцев и разсовал трофеи по четырем герметичным контейнерам. Своих погибших товарищей я сложил в тени навеса, пристроив их головы рядом, а индейцев свалил в кучу на середине площади. Смерть, невзирая на лица, забрала всех и в одной куче оказались и жрец, и воины, и старики, и дети. Следовало выполнить основную заповедь Института: ни каких следов, поэтому я обсыпал индейскую кучу термитным порошком, взятым из снаряжения моей команды и поджег. Одев шлем, я нажал кнопку вызова, сел в тени и принялся ждать.

Фрегат можно было обнаружит только радаром, поэтому я его и не увидел. А в общем и не ожидал увидеть.

– Пароль - контроль?
– спокойный голос вывел меня из состояния близкого к истерики. Еще бы. Мое подразделение уничтожено на 60 процентов, словно мы пережили ядерное нападение, да еще в придачу единственное средство возвращения на базу, в безопасность, где-то задерживалось.

– Фрегат - лидер Рог, 9-2-0, - бодро, настолько, что голос сорвался до петухов, сообщил я.
– Контроль лидеру.

– Фрегат - пилот Касс, 9-2-1, - несколько удивленно сообщил пилот, но все же выучка сделала свое:

– Лидер Рог, ищу координаты контакта.

Я быстро, так что даже побоялся ошибиться, перечислил цифры координат площади и через несколько опровергающих законы физики длинных минут, закамуфлированное до полной неузнаваемости средство передвижения мягко опустилось на уже совершенно сухие плиты.

Панель десантного выхода мягко откатилась в верх и пилот вышел. Вышел, секунду оглядывался, замер, увидев четыре обезглавленных трупа бойцов ИАБ и выпалил:

– Какого черта, командир...

Почувствовав себя в полной безопасности я расслабился. Шок фантастического боя прошел и теперь уже все свершившееся казалось не более чем страшным сном. Чудом расценил я и то, что после боя сумел найти в себе силы выполнить инструкции по скрытию улик. Я осознал, что не более десяти минут назад был на полволоска от гибели и что у четверых моих подчиненных этот волосок оказался тоньше моего.

Я хотел заплакать. Я потянулся руками к глазам, но мне мешали перчатки и шлем. Тогда я снял и то и другое. Слез не было. И застонать я тоже не смог, только не понятное у-у-у вырвалось из моих обкусанных до крови за время ожидания фрегата губ. Касс мне не мешал. Он собрал и сложил в холодильное ложе трупы вместе с головами, уничтожил остатки тепла сгоревших индейцев и только потом подошел ко мне.

Я не видел и не слышал как он подошел, поэтому когда почувствовал прикосновение мягкой человеческой руки к голове вздрогнул всем телом и поднял лицо. И немедленно получил зазвеневшую в мозгу пощечину.

– Ну, ну, - мягко сказал пилот.
– Вот ты и успокоился. Пойдем...

Касс помог мне встать, собрал мои вещи и проводил меня до люка фрегата.

Я пришел в себя, когда Касс выводил кораблик с орбиты планеты. Это не так то и просто было делать, принимая во внимание характер нашей экспедиции по отношению к Закону Федерации. Приходилось все время держатся в тенях планеты или лун, так что Касс был весьма занят.

Я поискал глазами свою амуницию, но найдя одевать передумал. Храмовый город Ткатипек, да и вся планета Майя таяли за кормой, а постепенно и в памяти.

– Можешь снять шлем, - спокойно сказал я пилоту.

Мне вдруг пришли на ум возможные последствия моей не простительной истерики там на поле боя. Брауну это не понравилось бы. Ему не нужны солдаты с неустойчивой психикой. Однако задание было, по большому счету, выполнено и это давало повод надеяться на более снисходительное ко мне отношение. Оставалось только примазать к моему поступку пилота.

Касс видимо что-то сказал, но звуки вне предела шлема не проникали и я ни чего не услышал. Пилот мельком взглянул на меня, выяснил, что я его не слышу и просто мотнул головой в знак отрицания. Мне стало как-то не ловко, что вообще предложил партнеру это и я поспешно одел шлем.

– Я бы не хотел, Касс, чтобы о деталях нашего отхода с Майя узнало командование.

– В моем рапорте этого не будет... Я понимаю...

Фрегат наконец покинул систему, мы выходили на вектор ускорения и пилот мог отвлечься. Все остальное сделает компьютер.