— Мы это запомним, — с надутым видом пообещал Димка и младший офицерский состав начал тактическое отступление.

Ах вы гопота подзаборная, мстить задумали?

— Еще попросите помочь с домашкой, — тихо, но чтобы все услышали, буркнул я, и бегущие с поля брани дружно вздрогнули.

— Все, хватит! Развели казарму! — воскликнула мама Елена, заходя последней и ставя на стол большую кастрюлю с супом.

— Ложки к бою, — приказал дед.

— УРА! УРА! УРА!

«Дурдом».

Зато весело.

— Михаил, после ужина в мой кабинет, — напомнил мне отец.

Поправка. Иногда весело. Я кивнул и продолжил отдавать дань уважения готовке.

— После того, как поможет с посудой, — вставила замечание Василиса.

А слуги на что? Но нет, рядовые должны страдать или почему я не люблю семейные ужины.

К моему удивлению, когда я освободился и поднялся в расположенный на втором этаже рабочий кабинет, там помимо отца сидели тетя Мария и дед. Это что же такое будет обсуждаться подобным составом?

— Ты за весь ужин не притронулся к телефону, — заметил Александр Александрович, стоило мне расположиться в гостевом кресле.

Удар и сразу критическое пробитие. Вот это провал.

«А следующий вопрос: Кто ты и куда ты закопал тело этого игромана?»

— В комнате забыл, — честно признался я, для виду похлопав себя по карманам.

— Может это и к лучшему, — заметил Александр Васильевич.

«Скажешь место и мы навалим сверху пару тонн цемента, для надежности».

Помолчи, язва. И без тебя разговор будет сложный.

— Тем несколько, — начал отец. — Зима близко.

Не то чтобы очень, на дворе еще только октябрь, но я понял, к чему была это замечание, и оно мне не понравилось.

— Я еще не выбрал, — быстро вставил я свою стандартную фразу в этих разговорах.

— А пора бы, — нахмурился тот в ответ. — Я разговаривал с ректором Академии Генштаба. Он согласился на принятие на особых условиях, если ты пройдешь общий конкурс.

Я не сдержал лицо и скривился, словно съел лимон вместе с кожурой. Особые условия значили то же самое, что и в школе, прочерк в графе «практические навыки».

Обычное звание лейтенанта я могу получить хоть прямо сейчас. Сданные задним числом курсы офицерского состава, пара лет в какой-нибудь части на границе и зачисление по блату в академию. Вот только есть маленькая проблема. Для одних я буду просто лейтенантом Суворовым, а для других тем самым «лейтенантом» Суворовым. Снова придется карабкаться с самого нижнего круга социального ада. Возведите в степень специфики военной среды и поймете мою радость по поводу данных перспектив.

— Да ладно, не так страшен черт, — попытался подсластить горькую пилюлю дед. — Ты же умный, пощелкаешь задачи как орешки, будешь гением тактики и стратегии. Станешь первым Суворовым, что командует целыми батальонами.

То есть минимальная планка полковник. Прелестно. И все мы понимали, что ум, знания, редкое умение их грамотно применить ничего не значат для этих людей по сравнению с личной Силой. И всегда, до самой смерти, я буду человеком второго сорта для вас. Не высший класс, не магократ. Но по крайней мере высшим обществом это воспринимается лучше, чем разгадывание тайн вселенной в хитросплетениях математических знаков.

Бесит. Как же бесит.

— Я подумаю. Дальше?

— На следующей неделе прием князя Мышкина. Хорошо бы там поприсутствовать.

— Хорошо, буду.

— Со спутницей.

Начинается…

— Возьму Сашку.

— Твоя сестра конечно умница и красавица, но пора уже сделать выбор, — вставляет замечание тетя Мария.

Кто бы говорил.

К счастью, мне хватает такта и чувства самосохранения, чтобы не сказать это вслух. Увы, но я достаточно красноречиво промолчал. Все мы тут лицемеры и эгоисты, когда речь идет о собственном понятии счастливой жизни. Увы и ах.

— Ты просмотрел те анкеты? — слегка свернул тему в сторону отец.

— Смотрел. Для старшего сына рода Суворовых несмываемым пятном будет даже совместное появление на людях с… этим. Это даже не дворяне, это мещанство в худшем виде.

— Хе… — довольно хмыкает дед. — Правильно парень говорит.

— Правильно то правильно, я даже поддерживаю, — вздыхает Мария. — Но объявлять о невестах младшего в обход старшего это тоже… некрасиво. Разговоры пойдут.

А других кандидатур и вовсе нет. Вот анкетчики и сидят в осаде. Понимают, сволочи, что роду с таким бесперспективным женихом деваться некуда и нас рано или поздно дожмут.