Серый дымчатый курчавый туман. Это же место только год назад. Боги, я даже себя видела, как раз одиноко удаляющуюся с ненавистного места. Молодая девушка лет девятнадцати в длинном светло серо-голубом меховом пальто провожала меня взглядом. Стояла она как раз на том же месте, что и я.

– Так захотел он, - промолвила она на французском языке – почему я поняла ее слова?

На последнем слове девушка наклонилась. Русые, мелированные в бело-желтые, кудри на мгновение прикрыли ее лицо. В следующий момент я обнаружила на постаменте оставленный ею сверток. А незнакомка тем временем неспешным шагом последовала прочь.

Глубокий вдох, и я очнулась. Пальцы крепко вцепились в бабулин памятник. Другая рука все еще сжимала черный сверток. Джей с округленными глазами был готов в любую минуту подхватить меня, если бы я вздумала упасть.

– Все нормально, - я попыталась отмахнуться правой рукой, в конверте что-то брякнуло.

Открыла его. Внутри были письмо на желтой линованной бумаге и какой-то камень. Впервые такой видела, но что-то он мне напоминал. Ладно, с камнем потом разберемся, сунула его в карман и развернула листок. Все, прям, как в эпиграфе у Рэя Бредберри к роману «451 градус по Фаренгейту»: «Если тебе дадут линованую бумагу, пиши поперек» с подписью – Хуан Рамон Хименес. Поперек страницы была всего одна фраза на французском, но с какой-то стати и ее я поняла: «Помоги мне, сестренка…» И инициалы внизу: «Ф. Л.».

Смахивает на дешевый триллер. Все ничего, если бы я хоть что-нибудь понимала. Полный бред.

– Идем отсюда, - сама удивилась, с каким гневом прозвучали безобидные слова, стоило произнести их сквозь зубы.

Мы вернулись в гостиницу. И это было ужасное чувство, что сидело внутри меня. Оно напоминало смесь ярости и паники. Ярость, потому что мне не ясно, кто и зачем, и для чего со мною играет. Паника – что будет дальше? Джей согласился наш двухнедельный трип в Сибирь сократить до трех дней. Я позвонила в авиакассу, дабы поменять билеты. Нам повезло, до Москвы на следующее утро из Новокузнецкого аэропорта можно было спокойно вылететь.

Дело не в моей трусости или в чем-то еще, просто тяжело описать калейдоскоп эмоций внутри меня. Уж простите, как понять вам, что было со мною, если я сама не в силах это сделать.

Благо, Джей не задавал лишних вопросов, только по существу. Но когда мы сидели в зале ожидания, что-то в его выражении изменилось и, повернувшись ко мне, он какое-то время просто всматривался в мое лицо, словно пытаясь проникнуть в саму душу. Его же лицо покрывала непроницаемая маска.

– Что ты видела? – он наконец задал вопрос.

– Ты о чем? – просто так я не сдамся, ни к чему ему знать лишнее.

– Когда мы были на кладбище, ты взяла конверт и с тобою было то же самое, что бывало до этого всего пару раз…

– Что именно? – я старалась не смотреть другу в глаза.

– На тебя находит некое состояние…

– И когда же оно возникает? – ухмыльнулась я.

– Когда дело касается твоей бабушки, - сухо ответил молодой человек, кот в сумке мяукнул.

Я сделала вид, что ничего не изменилось, просто наклонилась погладить Мартика. Как-то даже я не задумывалась над тем, что он замечал. И вправду, всего пару раз за последние четыре месяца мне были видения прошлого посреди белого дня. Впрочем, их особо не было и ночью, вместо этого спутанные кошмары.

– Ты сегодня ночью стонала и даже кричала, - зачем он это говорит?

– И что… - я не смогла договорить, сначала решила сама вспомнить, но у меня словно частичная амнезия.

– Тебе снился Франциск Ливьен? – о-оу, не ожидала такого поворота.

– Я… я не знаю, - прошептала я чистую правду.

– Вы с ним знакомы?

– А ты?

– Спросил первый, - на полном серьезе молвил он.

– Нет, - парень продолжал недоверчиво на меня коситься, - а ты? – повторила свой вопрос.

– Когда-то давно знал, - нехотя промолвил он, - но уже давно его не видел.

– С ним что-то случилось? – предчувствие жуткое.

– Примерно около года назад он впал в кому, - Джей вновь посмотрел на меня странным взглядом.

– От чего? – почему мне необходимо это знать?

– У меня есть своя версия, не официальная, - он склонился ближе.

– Я вся во внимании, - выдохнула я.

– Тебе ведь известно о Луне Рашель? – согласно кивнула, - у нее с Франциском была связь, - не поняла, - ну, - прочитал выражение моего лица, - они были троюродными братом и сестрой. Помимо всего прочего, на первом этапе у Франциска были проблемы. Ему нужна была кровь. Тогда его дед, кстати, тоже Профессор, нашел семейство Рашель и договорился с отцом девочки, вернее сказать, обманул его. Малышке было около трех лет, но это не помешало Жан-Францу Ливьену провести переливание – всего несколько капелек ее крови. С тех пор между Луной и Франциском возникла связь. Он мог проникать в ее голову, а она в его. Где-то с год назад Луна попала в аварию, Франциск как раз в это время был с ней на связи. Она прокричала ему, чтобы он убирался из ее головы, потому что знала, предчувствовала, что ее конец близок.

Я сидела, не двигаясь, в моем воображении все образы были настолько живыми, будто прошлогоднее происшествие разворачивалось прямо перед нами.

– Что дальше? – парень ждал моей реакции, которую я старалась скрыть.

– Он едва успел, - Джей мельком взглянул на часы, - и поэтому до сих пор находится в коме. Его дед и остальные пытаются как-то решить проблему, но…

– Получается, - не верю в собственные мысли, - я и Франциск… мы - троюродные сестра и брат?

Джей внимательно посмотрел на меня, похоже, он лучше меня знал генеалогическое древо семейства, к которому я принадлежала.