Маг подвел ее к тяжелой двери и, распахнув, пригласил в темную комнату. Криста шагнула внутрь. Успела подумать о магических огнях и только. Зажечь не удалось.

Мужские руки ухватили ее в цепкие объятия. Стало не до магии. Сейчас, когда не было видно лица, Ивир не пугал. Напротив, нос улавливал знакомый запах морской свежести и разум заполняли воспоминания о приятных моментах вчерашней ночи. Чародей был горяч, нетерпелив, но не груб. Пережитый опыт навсегда отнял у Кристы радость предвкушения, но близость с Ивиром хотя бы не вызывала отвращения после.

– Для женщины, столь рьяно рвущейся в мою постель, вы чересчур нерешительны, – прошептал чародей с легкой насмешкой. Запустил ладонь Кристе в прическу, притянул к себе и обжег губы поцелуем. Терпким, крепким, но неторопливо-нежным.

Обняла его в ответ и осторожно ответила на ласку. Браннор давно перестал церемониться, и сейчас было страшно приятно чувствовать себя желанной. Не женой, которую с отвращением и злостью имеют по необходимости, а той, чьей нежности ждут с горячим нетерпением. Маг волновал дыханием, бесцеремонно прогуливался руками по телу, дразнил языком и заставлял сердце биться быстрее. Не от страсти, от ощущения собственной нужности.

– Сначала стены, – прошептал он, когда Криста, осмелев окончательно, потянулась к застежкам его куртки. Ослабил захват объятий и бегло поцеловал в уголок губ. – Если что-то нужно, то шнурок колокольчика для вызова слуг около двери. Я приду сразу, как закончу с защитным заклинанием.

Криста кивнула. Глаза уже привыкли к темноте, и он должен был увидеть. Ивир отступил к выходу.

– Запритесь, если вам так спокойнее. У меня есть свой ключ.

Выскользнул наружу. Криста улыбнулась ему вслед, зажгла магический огонь и огляделась. Комната как комната: кровать, туалетный столик и пара шкафов. Чистая и уютная. Самое то переночевать в дороге. Заметила тумбу с книгами у окна и поспешила к ней: было ужасно любопытно узнать, что именно читали здешние обитатели. Тем более времени хоть отбавляй. Не сидеть же полночи на кровати в ожидании кавалера, в самом деле!

Всю дорогу на стены Ивир отчаянно пытался вернуть мысли в правильное магическое русло. Бесполезно! Горели губы, гулко стучало сердце и кипящая кровь требовала продолжения поцелуя. Пусть сегодня белокурое создание не отличалось вчерашней прытью, все равно до дрожи в руках хотелось повторить. Распластать хрустальную госпожу на холодном полу и разбить ее разум на тысячи горячих осколков. Утонуть в запахе вишни. Терзать тело Кристиаль, пока та не забудет обо всем, кроме нетерпеливого мужчины сверху. Пронзать лоно, выбивая стон удовольствия каждый раз, когда вторгаешься на ее территорию и когда покидаешь ее. Заставить задержать дыхание и замереть на миг в ожидании разрядки. Сжать ее ягодицы до боли в костяшках в самый сладкий момент и на миг поверить, что у них с белокурым созданием и впрямь может получиться ребенок.

– Повелитель, – вкрадчивый голос вернул в реальность, и наследник восточных князей заметил, что добрался-таки до стен. Точнее, до надстройки для командования на западной башне. – В эту атаку мы потеряли двух дикомов.

Ивир тряхнул головой. Новость окатила ледяной водой. Хочешь не хочешь соберешься с мыслями.

– Что случилось? – поинтересовался он и смерил взглядом присутствующих мужчин. Те выглядели обеспокоенными, но не как нашкодившие юнцы, скорее как невесть почему проигравшие бой полководцы. – Видел, кого отправлял к вам. Не баловство, но вполне посильный враг для местных стен.

– Мы тоже сначала так подумали, – отозвался командир хранителей, огромный седой мужчина. Опытный и дельный вояка, хоть и не маг. – Пока не поняли, что порождения уже вовсю воздействуют на наш разум, а мы еще не чувствуем запаха.

Ивир нахмурился. Творилось что-то странное: этот принцип работал во все времена, порождения не могли затуманивать разум, пока ты не почувствовал их приторно-сладкую вонь.

– Мы потеряли еще и человека, – со значением добавил главный чародей и тряхнул козлиной бородкой. – Поэтому атака затянулась.

Повелитель кивнул. Каждая смерть давала порождениям дополнительные силы. Но два дикома – это слишком много!

Окинул присутствующих мужчин строгим взглядом:

– Кто-нибудь готов открыть разум и показать мне, что действительно происходило? – поинтересовался он, надеясь, что найдутся добровольцы и приказывать не придется.

В помещении повисла тишина и откуда-то издалека повеяло едва заметным сквозняком страха. Как и дикомы, умение заглянуть в чужой разум было личной магией восточных князей, но если монстры существовали сами по себе, то пристальный взгляд в чужие мысли был частью заклинания поглощения. Вздумай Ивир пойти до конца, он выпьет у подопечного и магию, если та есть, и жизнь.

– Клянусь, сумею остановиться вовремя…

– Я готов, – командир хранителей стен шагнул к нему навстречу. – Кажется, видел все.

– Это очень хорошо, – прошептал Ивир. Улыбнулся и приказал громче: – Не двигайтесь!

Встал лицом к лицу с воякой и забормотал заклинание. Привычные слова слетали с губ, заполняя мысли, и мир вокруг предсказуемо перестал существовать. Подернулся непроницаемой пеленой. Не осталось ничего: только звуки собственного голоса и лицо стоящего напротив мужчины. Ивир впился в него взглядом. Вот широкая морщина на лбу – след от многолетних обходов каменного монстра, защищающего округу от порождений. Давний шрам над бровью – это маленький сын случайно приложил тяжелой игрушкой. Случилось тридцать лет назад, но память осталась до сих пор. А вот и выцветшие от времени серые глаза и затаившийся в них вчерашний страх.