«Вызвать из памяти запись альфа-эпсилон три-пять-ноль-один. Условное обозначение: осознание неоптимальности. Начать воспроизведение».

Глава 04

Именно там, в полости под литейной, среди рокота механизмов, они дали ход совсем другой машине. Веторел поведала Кейну, что задумала. Когда она закончила, генерал-фабрикатор долгое время словно обдумывал услышанное.

Веторел. Так мы заставим Совет прислушаться.

Загрей Кейн. А ты готова к возможным последствиям, посол?

Веторел. Готова. Я осознаю всю необходимость таких действий. Но основная тяжесть ляжет не на мои плечи.

Фасетчатые глаза генерал-фабрикатора смотрели мимо неё – в быстро темнеющее будущее Механикума.

Загрей Кейн. Принято. Все прочие наши действия потерпели неудачу. Священный Марс по-прежнему вне досягаемости, как и единство, которое потребно для его возвращения. Подтверждаю. Иного выбора у нас нет.

Веторел. Нет.

«Остановить воспроизведение».

Глава 05

Быстрым шагом Веторел приближалась к дверям огромной палаты заседаний Совета Терры. Она шла по середине коридора столь широкого и высокого, что там легко бы поместился «Боевой Пёс». Делегации по бокам коридора взывали к членам Совета. Она уже привыкла не обращать на них внимания. Проблемы Механикума были настолько далеки от граждан Терры, что к ней относились скорее как к диковине.

Справа, в нескольких сотнях метров от дверей, она увидела совсем другую группу людей. Они выделялись строгой выправкой и накрахмаленной формой. Геральдические символы благородных орденов гордо украшали начищенные парадные горжеты. Это были представители Коллегиа Титаника – легионов титанов. Командиры богомашин, способных ровнять с землёй вражеские крепости и обращать в бегство целые армии. Многие из них не отрываясь смотрели на неё. Веторел замедлила шаг и двинулась по центральному проходу.

Веторел. Уважаемые принцепсы. Жаль, что нам приходиться встречаться в не лучших обстоятельствах.

От группы отделились двое. Она знала обоих. Бассаний из Игнатума и Тевера из Агравидес. Огненные Осы и Боевые Бичи – благородные легио главного мира-кузницы. Правда, их не было на планете, когда смерть невинных прокатилась по её равнинам. Бассаний уважительно склонил голову.

Бассаний. Мне жаль, что мы встречаемся на Терре, а не на Марсе, посол Веторел.

Веторел. Как и мне.

Тевера (дыша с трудом). Как и всем нам.

Принцепс Тевера потеряла способность управлять своим телом много лет назад. Её иссохшее тело поддерживал экзоскелет. Говорила она с усилием. В отличие от Бассания, своим титаном она управляла из амниотического бака, соединённого с манифольдом. Время от времени Тевера умолкала, когда экзоскелет заставлял её лёгкие вдохнуть.

Тевера (дыша с трудом). Мы явились сюда, чтобы нас услышали… Время и методы этой переброски сил… неприемлемы.

Среди остальных прокатился ропот согласия, но Тевера и без того знала, что её поддержат.

Тевера (дыша с трудом). Этот конфликт – между примархами и легионес астартес.

Веторел. Конфликт, частью которого стали мы все. Неужели вы думаете, что возможен какой-то нейтралитет?

Бассаний. Мы понимаем, в чём природа этой угрозы. Мы понимаем, что сегментум Соляр нужно оборонять, но что будет с мирами-кузницами?

Тевера (дыша с трудом). Без защиты наших махин они будут оставлены на милость изменников… На такие жертвы трудно пойти.

Веторел. Труднее некуда.

Бассаний. А кто говорит с нами? Кто говорит за нас? Кто в этом вопросе кем командует? Кто кому подчиняется? Этими вопросами должен заниматься военный совет Императора и его верных сынов. По какому праву нами командуют эти бюрократы верховные лорды?

Веторел. По праву необходимости. Но я понимаю вас – и у Коллегиа Титаника есть голос в Совете. У Механикума есть голос. Я.

Бассаний. И вас услышали?