– Сейчас посмотрю, - произнес портье, пока во мне сражалась любовь к теплому душу и мягкой кровати и дерзкий план побега. – Увы, свободен только один номер!

– Как? – удивилась я, а портье пожал плечами: «Наплыв туристов». – Неужели нет ничего другого? Совсем нет? Я могу и в холле на диване…

Портье открыл настенный шкаф, в котором висели два ключа. Один был золотым, сверкая бриллиантиком, а второй висел в самом углу, покрытый паутиной.

– Вот! – зашептала я, показывая пальцем на номер «666», ставший постоянным местом жительства противного паука. – Дайте его! И скажите, что номер только на одного! Поэтому пришлось дать два… Я вас очень прошу…

– Увы, мадемуазель, - негромко произнес портье, покачав головой, пока я жадно глядела на заветный ключик. – Я бы не рекомендовал вам этот номер. Как видите, мы его даже не предлагаем, хотя раньше это был один из наших лучших номеров. До того момента, пока в нем не произошли страшные события. Даже горничные там больше не прибираются. Там произошло зверское …

Глаза портье расширились, а он осмотрелся по сторонам, подозвав меня наклониться поближе.

– … убийство! И теперь он проклят! – прошептал портье.

– Послушайте, - настойчиво произнесла я, заколачивая вежливость в глубокий ящик. – Ключи мне от этого номера! Иначе у вас будет два номера, в которых произошло зверское убийство!

Портье прокашлялся, выпрямился, снимая с крючка покрытые паутиной ключи и вручая их мне.

– Молодой нечеловек! – произнес портье, пока я занервничала, что у меня где-то потерялся демон. В коридорах послышался крик, от которого зашевелилась даже шерсть волков, прилипшая к платью.

– Ладно, я пойду, - занервничала я, слыша, как крик повторился, но уже на тональность выше. – Вы передайте ему ключик от его номера.

 Портье выбежал из-за стойки проверять, что там происходит, а я схватила ключ от проклятого номера и бросилась по коридору. Сначала проверить двери на прочность, потом окна, немного успокоиться и думать, что делать дальше!

На первом этаже номера были похожи на комнатки для тараканов, на второй этаже все выглядело на «уверенный бюджет». Третий этаж показался вполне уютным. Запыхавшись, я поднялась на шестой этаж и увидела два номера с огромными дверьми из черного дуба. Коридор был устлан роскошной алой ковровой дорожкой, а на стенах горели подсвечники с алыми огнями. Я подошла поближе, чтобы рассмотреть это чудо, а потом вздрогнула от крика, доносившегося снизу.

Ключ попал в замок и с хрустом провернулся несколько раз. Я дернула пыльную позолоченную ручку и… обомлела. Мне казалось, что я попала в сказку. Я стояла на пороге роскошного номера, видя огромную кровать, вальяжно занимающую половину комнаты, роскошный ковер, покрытый пылью, кресла и столик. Справа была дверь в санузел, напоминающий унитаз Царя Мидаса. Золотая ванная, в которой можно искупать слона, золотые краны и даже полотенца с вензелями поражали мое впечатлительное воображение. Мне казалось, что с этого золотого унитаза, нужно вставать со словами: «На сегодня аудиенция окончена!».

– А я закрыла двери? – ужаснулась я, вспоминая, что на радостях могла и не забаррикадироваться. Ключ провернулся в замке, пока я сползала вниз на коврик.

В номере пахло пылью, но он не производил впечатления «проклятого», поэтому я расслабилась, снимая с себя платье и туфли. Платье я стирала в раковине, пока огромная ванна с шумом наполнялась водой.

– Какая прелесть! – простонала я, опускаясь в теплую воду и выдыхая. Где-то внизу послышался крик. Да, Натаха, вляпалась ты! И грязь, которая комьями с тебя смывается – еще не самое худшее!

Я сидела на королевском троне, готовясь подписать королевский указ. Туалетная… Ой, бумага для приказов висела рядом, пока я рассматривала свои ногти и сушащееся платье. Внезапно в комнате послышался противный звук открывающеся двери. Я застыла на месте, подозревая худшее!

– Попалась на горячем! – послышался грубый и незнакомый мужской голос, когда я смывала воду.

Я вздохнула, понимая, что стала причиной глубокого разочарования мужчины во всем женском поле. Он был явно уверен, что мы – нежные феи, а санузлы у нас в квартирах нужны исключительно для того, чтобы разбрасывать волосы по полу и раковине. «Ага!»,- согласился единорожка – любимый магнитик на холодильнике, дарящий людям радугу тем самым местом, которым я думала, когда закладывала душу.

– И что ты здесь делаешь? – произнес жуткий голос, пока я пыталась подобрать слова, чтобы деликатно просветить мужчину.

– Эм… - я подняла брови, подозревая, что ошиблась номером. А я могу!

– Это ужасное преступление! И нет тебе прощения! – снова послышался мужской голос за дверью, пока я как-то не решалась ее открыть. – Не хочешь сказать мне что-то напоследок грязная тварь? У тебя есть время, чтобы раскаяться в своих грехах! Я следил за тобой! Не хочешь сказать мне что-то напоследок грязная тварь?