Танцевальный отбор проходил не в той студии, где они обучались танцам. Их привезли в театр. Прохладный зал поражал размерами, а прекрасная акустика передавала громом каждое движение. Кандидатки заметно волновались. Они не ожидали, что обычный танцевальный тур будет проходить с таким размахом.

Девушкам выдали гимнастические купальники и коротенькие юбочки, отвели в гримерную, чтобы они переоделись. Через полчаса их и пригласили на сцену.

Алина огляделась: рядом с ней стояли семь человек, а на первом ряду в партере сидело жюри в виде Рудольфа, Юли, хореографа, с которым они занимались две недели, и ещё двух незнакомых мужчин в строгих чёрных костюмах. Правда, мощными телами и угрюмыми внимательными взглядами, которые, прожигали насквозь, они походили больше на секьюрити.

«Нас охраняют? — удивилась Алина. — От кого? Мы еще не стали ценным приобретением компании».

– Что будем танцевать, – спросила она шепотом у Маши, когда они оказались рядом.

– Будет звучать попурри из музыки с разным ритмом и тональностью. Мы последние дни отрабатывали именно такие танцы.

– А на что больше обратят внимание?

– На умение быстро и плавно перестраиваться с одного ритма на другой, и на умение без погрешностей менять танцевальный стиль

– Кошмар! Я не справлюсь. Уже несколько дней не тренировалась, – ужаснулась Алина. – Стопудово провалюсь!

– Зря ты так думаешь, – ответила Маша. – Пока тебя не было, пронесся слушок, что как раз ты точно пройдешь в пятерку.

– Почему?

– Ты на особом счету у Рудольфа. Он раскрыл в тебе какой-то талант, которого нет у других.

– Зачем мои картежные способности нужны в танцевальном коллективе? Нет, он просто воспользовался случаем и извлек выгоду. Знаешь, они с Максом неплохо заработали, – сказала она прямо в ухо подруге.

– Будь осторожнее. Светка на тебя здорово зуб точит. Может подлянку устроить.

– А что она сделает? Говорят, соперницы в пуанты подкладывают кнопки, или костюмы разрезают, чтобы во время танца они развалились. Но у нас ничего такого нет. Купальник выдали только что, и он целый. А танцевать мы будем босиком.

– Все равно, держись от нее подальше. Видишь, она глаз с тебя не сводит. Наверняка гадость задумала.

Кандидаток пригласили на сцену. Они построились в шахматном порядке. Зазвучала музыка, и Алина облегченно вздохнула: мелодия была знакомая. Она расслабилась и полностью отдалась танцу.

Мелодии плавно перетекали друг в друга каждые тридцать секунд. Девушки с трудом успевали перестраиваться. Сказалась нехватка танцевальной практики. Темп то ускорялся, то замедлялся, один танцевальный ритм сменял другой, в результате у Алины сложилось впечатление какого-то лихорадочного стихийного действа. Она чувствовала, что начинает задыхаться.

«Дойду до конца, дойду до конца», – мысленно повторяла она, сцепив зубы, и автоматически двигала руками и ногами. Пока она справлялась с темпом и даже не совершала грубых ошибок.

Вдруг она услышала восточную музыку и ужаснулась: до сих пор не умела делать волну. Непослушное тело взбунтовалось и не желало слушать команды своей хозяйки. Смотреть на соседок по ряду было некогда, и оценивать их движения тоже. Когда Алина выставила вперед ногу, чтобы потом толкнуть бедра в нужном направлении, она почувствовала, как за что-то зацепилась. Неловко взмахнув руками, она полетела на пол.

«Все! Конец!» – пронеслась мысль. Музыка замолчала – девушки остановились. Некоторые с изумлением смотрели на сидевшую на полу соперницу, так как даже не заметили ее падения. Потом они столпились вокруг Алины, и только Маша бросилась к ней на помощь.

– Ты не ушиблась?

– Все в порядке, – чуть не плача, произнесла Алина, встала и посмотрела на членов жюри.

– Алина, спускайся в зал, – приказал ей Рудольф. – Девушки, займите свои места. Конкурс еще не закончился.

Алина села на крайнее сиденье первого ряда. Музыка заиграла, и танцевальный марафон продолжился с восточной мелодии. Только сейчас Алина увидела, какого прогресса добились девушки, пока она следила за картами в казино. Волна стала кульминацией действа. Девушки выстроились в один ряд. Пока крайняя слегка сгибала колени, чтобы передать толчок бедрам, от них животу, груди и голове, танцовщица с другого краю уже вытягивала шею, завершая движение. Создавалась полная иллюзия танцевальной волны, которая то набегает на зрителей, то откатывается назад.

И тут заработали бедра. Восьмерки постепенно ускорялись, пока не перешли в тряску. Зрители завороженно следили за движениями танцовщиц и, казалось, не дышали. Когда тряска закончилась, Алина выдохнула и подняла руки, чтобы хлопнуть в ладоши, но испуганно оглянулась на членов жюри и положила их на колени. Все танцовщицы были великолепны, но особенно выделялась Маша. Она будто жила музыкой. Со стороны казалось, что ее тело не имеет костей, что оно пластично, как у кошки.

– Молодец, девочка, молодец! – шептала Алина, подбадривая подругу. – Покажи им настоящую русскую красавицу.