– Да, Саша, конечно и вручи ему попутно ящик с концелярщиной. Пусть не ходит порожняком. Все, спасибо.

Ловчиц положил трубку и только тут обратил внимание на то, что до сих пор нелепо зажимает собственной подмышкой врученный генералом пакет. Он аккуратно разгладил его на ровной поверхности стола.

– Что-то новенькое? – осведомился Ходько, заметив слабое оживление на лице руководителя операции.

– Это пакет мне. Вас пока не касается.

– А звонок?

– А это как раз наоборот, – заметил Ловчиц, – звонил Михайловский. Кажется, он нашел нам «Сусанина». Что-то Саша…, как-то странно об этом сказал.
–  Иван Сергеевич бросил косой взгляд в сторону госпожи Романович.
–  Ну что уж тут поделаешь, - вздохнув, добавил он, - «пришла беда - открывай ворота»…

Ординарец Председателя появился через несколько минут. Не откладывая в долгий ящик суть дела, он поставил на стол коробку обеспеченцев, после чего разложил на ней пожелтевшую от времени газету:

– Вот…

– Что «вот»? – не понял начальник отдела «быстриков».

– Вы почитайте, на второй странице.

Иван Сергеевич открыл шестой номер войсковой газеты «На боевом посту» от шестнадцатого июня 1990 года, где на второй странице помещалась статья, называющаяся «Помощь в горах».

«30 июня, - начал читать вслух Иван Сергеевич, - 1990 года после обвала в одном из ущелий Кубатлинского района Азербайджанской ССР, горный серпантин дороги перегородил огромный камень, полностью оборвав сообщение горных аулов с внешним миром.

Мобильная группа караульного наряда выбыла на место завала. Через четыре часа дорога была свободна. Жители аула Аликулиушагы выразили благодарность руководству воинской части 3419 за помощь…, - так, - быстро пробежал глазами ненужные по его разумению строки Ловчиц, - ага, вот, - продолжил он, - …Старшему наряда командиру отделения сержанту Житинкину С.В., и наводчику гранатомета ефрейтору Волкову А.В., объявлена благодарность».

– И что, - поинтересовался начальник «отбыстрей», - я так понимаю, этот Житинкин наш земляк?

– Нет, – улыбнулся Михайловский, – он из Свердловска, виноват, из Екатеринбурга, а вот Волков А.В., наш земляк. Наш знаменитый земляк!

– Постой, – вялой рукой театрально хватаясь за сердце, выдохнул Ловчиц, – это не тот ли Волков, что поет: «Дай мне руку, брат, ты, как и я солдат…»? Группа «Белый запад»?

– Он…

– Боже, - в отчаянии поднимая глаза к потолку, взмолился Иван Сергеевич, - за что?!

– Сергеич, - участливо принялся успокаивать Ловчица Михайловский, - с этим Волковым согласен, трудновато, но я нашел еще одного, подходящего нам персонажа. Переполошил всех военкомов, а он, предствьте, у нас под боком пригрелся. Некий Лукьянов. Вот справки из военкомата, и на Волкова А.В., и на Лукьянова А.В. Этот Лукьянов в нашем НИИ, подчеркиваю, Сергеич, в нашем НИИ работает, заведующим лабораторией. Они с Волковым служили в одной роте. Лукьянов – снайпером был, а Волков был в отделении АГС-17, сначала гранатометчиком, а потом наводчиком гранатомета. Я уже звонил Перебежко, он обещал минут через десять прислать сюда своего завлаба Лукьянова.

– Спасибо, Сережа, – тяжко вздохнул Иван Сергеевич, оценивая его работу. – Ты, кстати, не знаешь, сегодня нет никаких магнитных бурь или еще чего?

Эти десять минут ожидания завлаба длились целую вечность. Руководитель спецоперации добил свой «L&M», детально изучая добытую Михайловским информацию, после чего принялся за «Приму» полковника Ходько.

Анжелика, будучи по своей природе человеком, на которого просто не возможно было не обращать внимания, в это время как-то умудрялась оставаться «в тени». Ей совсем не хотелось нервировать начальника «отбыстрей», у которого, судя по всему, и без нее сегодня был далеко не самый лучший день.

Михайловский скрашивал ожидание, лениво глядя в окно, на плотное движение автомобилей по раскаленному на летнем солнцепеке проспекту Франциска Скорины.

Вскоре дверь штаба распахнулась и все пространство ее проема заняло тело былинного богатыря. Глядя на него Сергей Петрович Михайловский невольно отклонился назад и оперся о подоконник. Он был просто ошарашен. Будто бы сам Илья Муромец спрыгнул с небезызвестной картины и, облачившись по случаю в белый безразмерный лабораторный халат, предстал пред их очами.

– Вызывали? – густо краснея, спросил завлаб, бросая беглый взгляд в сторону Анжелики.

– Ждем вас, э-э-э, - Ловчиц подсмотрел в исписанную мелким почерком шпаргалку Михайловского, - Алексей Владимирович.

– Чем могу быть полезен?

– Алексей, меня зовут Иван Сергеевич Ловчиц…

– Я знаю, кто вы такой, – не дал договорить начальнику «отбыстрей» новоявленный богатырь.

– Что ж, тем лучше, – ничуть не смутившись, продолжил Иван Сергеевич. – Понимаете ли, в чем дело? В данный момент я возглавляю весьма важную специальную операцию, и по этому случаю уполномочен Председателем Комитета привлекать к содействию в ней любого сотрудника практически любого же ведомства. Нас сейчас остро интересует ваше давнее прошлое. Год 1989 – 90-й.