— Дочь ? Любовница?
– предположил друг.

Я поморщился на последнем слове, щёлкнув пальцами, обратился к парнишке-румыну.

— Константин , напряги извилины, может, вспомнишь что-то. Что-то очень важное, например?

Глава 17

Алекс

— Это Катриэль Антонеску, – не смело сказал парнишка, подойдя к гробу и заглядывая в него. – Она мне седьмая вода на киселе, видел ее однажды на фото в семейном альбоме. Правда, там она младше выглядела.

— Значит, Антон ее родственник. Тогда понятно, почему он впрягся!
– проведя рукой по стенке гроба, я царапнул его ногтем, оставляя глубокую борозду на полированной лаковой поверхности. — Гроб дорогой, – отметил как бы невзначай.

Андре кивнул, давая понять, что полностью согласен с моим мнением.

— Что могла натворить девушка, чтобы решиться на такой отчаянный шаг?! – подумал я вслух.

— Это мы узнаем, когда Катриэль проснётся, – спокойно произнёс Шаман, доставая из кармана пиджака смартфон.

— Это Эйлин, – глянув на экран, сообщил Андре. – Ладно, пора и честь знать!
– поднявшись на ноги, он направился к выходу. Повернувшись в пол оборота у самой двери, он добавил: — Девушку уложить, как только она проснётся, напои горячим чаем. Много есть не давать, если будут вопросы - звони!

Константин прошмыгнул в дверной проем следом за Шаманом и прикрыл тихо за собой дверь.

Вновь подойдя к гробу, я пропустил одну руку ей под колени, а другой обхватил узкую изящную спину, чтобывзять девушку на руки. Крошечная как Дюймовочка, казалось, Катриэль ничего не весила. Штанга в спортзале была тяжелее этой девчонки!

Спустя пятнадцать минут, стоя у окна, наблюдал, как суетится Долорес, поправляя одеяла по бокам рыжей.

— Бедняжка! Какая же бледная… Мистер Ольсен, она больна? – горестно вздохнула полная женщина и запричитала: – А худая-то какая!
– взяв кисть рыжеволосой, она положила ее осторожно ей на живот. — Вот проснёшься и старенькая Долорес возьмётся за тебя. Живо на ноги поставлю своим фирменным куриным бульоном, - с энтузиазмом пообещала женщина.

Она осторожна взбила подушку под головой девушки и наклонилась к ней.

— Ох! ты ж господи! – вскрикнула она, прижимая полные руки к груди. — Это кто ж тебя так, рыбонька моя?!

— Что там? – спросил я, направляясь к изголовью кровати.

Женщина пальцем подцепила ворот рубахи и слегка ее отодвинула вниз, обнажая кусочек кожи под ключицей. Там чернела огромная гематома, которая уходила вниз к груди.

Сжимая зубы от злости, я несколько раз чертыхнулся. Настолько это чёрное пятно выглядело зловеще на идеальной белой нежной коже, настолько сильно захотелось немедленно схватить виновника и оторвать ему башку. В прямом смысле слова…

— Есть чем помазать? – я достал сотовый из кармана брюк, быстро набрал номер, который знал по памяти. — Нет, не проснулась! У неё огромный синяк на груди. Что можно сделать? Если бы это был синячок, поверь, я бы не стал тебя беспокоить! У неё приличная гематома под ключицей!
– возмутился я на слова друга о том, что я паникую. – Да не диктуй мне свою тарабарщину! – я отвёл руку с телефоном от уха, с возмущением посмотрелна смартфон, как будто передо мной Андре собственной персоной.
– Передаю трубу Долорес! Объясни все ей.

Женщина, все это время стоявшая рядом со мной, судорожно сжимая пальцами передник, тут же схватиламой телефон.

— Да-да, сеньор Андре! Все есть. Прямо сверху приложить?
– Долорес ещё несколько раз кивнула во время телефонного разговора, затем, попрощавшись,вернула мне сотовый.

— Занимайся! – отрывисто бросил я Дороти и направился на выход, борясь с желанием оглянуться на хрупкую девушку, лежащую в моей комнате. В моей кровати… на моих простынях… Там, куда ещё не имела чести быть приглашенной ни одна из моих женщин, аона даже не моя женщина. Вполне возможно, она – враг. Спальня - это моя территория. Я не любил, чтобы кто-то, кроме меня, пересекал ее границы.

«…но только моя комната ближе всего к кабинету» - мгновенно оправдался перед самим собой, чтобы не думать о странности своего поступка.

Глава 18

Алекс

Уже на улице сел в свой «Mercedes-Benz Gelandewagen», который не раз вытаскивал меня из крупных передряг за счёт своих высоких показателей в условиях бездорожья. Какая красота - подъехать на «кубике» к заброшенному заводу или на самый отшиб города, открыть багажник, чтобы вытащить из него очередного засранца, который посмел перейти мне дорогу, и… Не важно, что сделать с ним потом. Прямой привод и грозный вид моей тачки, как будто говорил сам за себя. Он олицетворял своим видом мое нутро.