Она изумлённо посмотрела на него, широко раскрыв глаза.

— Хэнк, ты меня с кем-то перепутал. Я никогда не пела. У меня ужасный голос, моя сестра пела иногда, играла на рояле. Но я никогда не участвовала даже в домашних концертах. Все считали, что я отвратительно пою, — быстро проговорила она совершенно искренне.

Он замер, ощутив, как по спине пробежала холодная дрожь. Перед глазами вдруг вспыхнула механическая кукла из бара. И как гром средь ясного неба прозвучали слова парня: «Настоящей не существует. Она уничтожена». «Может быть, Уолт заставил какую-то другую женщину поменять внешность под Ирэн? Нет, зачем ему это?» — подумал Фрэнк. — «Кроме внешности, жесты, мимика, которую невозможно перенять у другой женщины». Он вздохнул и проговори сухо:

— Ладно, малыш. Разберёмся. Может быть, я перепутал.

Она вновь обвила его шею руками и спросила печально:

— Ты меня теперь разлюбишь? Потому что ошибся? Прости, если хочешь, я постараюсь научиться петь. Но я не знаю…

Её голос дрогнул, и глаза наполнились слезами, сделав ещё прекрасней. Будто под слоем чистейшей, прозрачной воды переливаясь, сверкали изумруды. Он обнял её, прижав к себе, мягко положил на спину и, наклонившись, начал целовать, ласкать, успокаивая, пока не ощутил новый прилив страсти.

— Видишь, как я тебя люблю, — прошептал он.

Она обняла его, чувствуя, как заводят его слова, движения.

— А сейчас к другим событиям этого дня, — услышал Фрэнк голос диктора. — Наш специальный корреспондент сообщает, что рабочие головного завода «Forden Motors» объявили бессрочную забастовку.

— Какие требования они выдвигают? — прозвучал равнодушный вопрос диктора.

— Повышение зарплаты, сокращение рабочего дня, — ответил фальцет журналиста.

— И что на это смог сообщить глава компании, Генри Форден?

— Мистер Форден пропал после происшествия на яхте мистера Мюррея Уолта. Тело пока не найдено, поэтому временно власть перешла в руки забастовочного комитета, — объяснил журналист.

— Но почему рабочие не обратились к совладельцу компании, Питеру Бейли? — спросила диктор тем же равнодушным голосом.

— Этого мы пока не знаем. Но…

Прослушав неприятное известие, Фрэнк с досадой выключил телевизор и, обернувшись к Ирэн, быстро проговорил:

— Собирайся, я отвезу тебя к твоему папочке.

— Что-то серьёзное случилось, Хэнк? — спросила нервно Ирэн.

— Да. Я могу все потерять! Как не вовремя, черт возьми! — воскликнул Фрэнк. — Ты не обидишься на меня? — поинтересовался он.

Ирэн промолчала, по огорчённому лицу Фрэнк понял, что она обижена, но ему уже было не до этого. «Этот мерзавец Гарри Мендоза, твою мать, все-таки устроил революцию! И у меня на заводе. Сволочь! Ну, он у меня получит!»

Когда они сидели в машине, Фрэнк достал из кармана коробочку и протянул Ирэн.

— Вот, чуть не забыл за твою цепочку маленький сувенир, — проговорил он.

Она открыла коробочку и увидела на темно-серой бархатной подушечке оправленный в золото изумруд на тонкой, изящной цепочке. Ирэн одела цепочку, посмотрелась в зеркало заднего вида и счастливо улыбнулась. Обвив его шею руками, поцеловала в щёку. Фрэнк помрачнел, вспомнив, как так же, как сейчас они сидели в машине, и он признался Ирэн, что он изгой, живёт под чужим именем. Она не рассердилась тогда. Наоборот радостно поцеловала. Но сейчас поцелуй Ирэн предназначался малознакомому мужчине, с которым она провела всего лишь одну ночь.

Остановив «Мустанг» около особняка Уолта, Фрэнк помог Ирэн выбраться, прижал к себе напоследок и с сожалением отпустил. Быстро стуча каблучками, она направилась к воротам в высоком, каменном заборе, окружавшим особняк. Фрэнк подождал, когда её впустили внутрь и завёл мотор. Он не направился прямо к заводу, а заехал на пустырь в квартале от него. Раздевшись в машине, остался лишь в «костюме аквалангиста», который давал невидимость. В углу пустыря, за мусорными баками находился вход в канализацию, через которую Фрэнк решил пробраться на завод и выяснить обстановку.

Оказавшись в глубине полигона, который примыкал к основному зданию завода, Фрэнк крадучись перебежал к входу в ангар, где обычно стояла готовая продукция. Вдоль рядов с машинами бродили странные люди в масках и тяжёлых бронежилетах. Они громко переговаривались, пинали машины ногами. Фрэнк вздрогнул от резкого звука автоматной очереди, которую выпустил один из мерзавцев. «Черт, где моя охрана?!» — подумал Фрэнк с досадой. — «Кто этих говнюков пропустил?!» Он пробрался поближе к паре вооружённых амбалов и прислушался к их разговору.