После чего, они все замолчали, погружаясь каждая в свои мысли. Им было необходимо выбраться из этого, найти разумный выход, избегая участи той блондинки. У них же были семьи, их будут искать, верно?

Однако, она поняла, что не хочет, чтобы семья нашла ее здесь. Похитители убивали так бездумно и беспечно, что понимала, они без колебаний прикончат любого, кто найдет их, но что на счет ее автомобиля и полицейского? Все это было явным признаком того, что стряслось что-то плохое.

Прошла пара дней, прежде чем кто-то вернулся в хлев. Они находились в постоянной темноте, если не считать тусклого верхнего света в проходе между стойлами. Моргана возблагодарила Бога, что тут хотя бы был работающий туалет. Все были очень голодны и отчаянно нуждались в душе.

Она лежала на матраце, уставившись в потолок конюшни, когда услышала громкий крик. Подскочила, сердце бешено колотилось, но все, что было слышно, — это шум от брызг воды. Примерно через минут двадцать, ее дверь была отперта, и она скользнула в сторону. Тот с повязкой на глазу или Череп, ухмыляясь, жестом показал ей выйти.

— Молчи и даже не пытайся заговорить.

Он шлепнул ее по заднице и заржал, поставив в очередь позади Пайпер и перед Кирой. С ними были еще три незнакомые девушки.

Их провели по другому проходу между стойлами к нескольким открытым для мытья лошадей. Ее, Пайпер и Киру впихнули вместе в одно из них.

Им вручили куски мыла, а затем окатили ледяной водой из шланга под большим давлением. Мягко говоря, это было очень больно.

— Быстро мыться.

Они бросились исполнять приказ, как только могли, управляясь с мылом и холодной водой, бьющей в каждую из них по очереди. Девушки все еще были в нижнем белье. Когда все закончилось, им сказали бросить мыло в круглое ведро для мусора и отвели туда, что должно быть было большим складским помещением.

— Наденьте это, — каждой вручили стопку одежды.

Морган развернула темный сверток. Это было маленькое черное платье с короткими рукавами и белой отделкой. Ей оно напомнило наряд французской горничной, не считая белой юбки. Все подошло идеально, а длина заканчивалась на несколько дюймов выше колена. Остальные фрагменты отделки были белыми и походили на сеть для рыбной ловли, они доходили до колен и заканчивались черной окантовкой.

Когда оделись, их повели в соседнюю комнату, расположенную рядом, где двое мужчин меняли иглы в машинке для татуажа. Она понятия не имела, что с ними собирались делать, но вскоре узнала: каждой вытатуировали номер на запястье. Ее был «320», черными несмываемыми чернилами. 

Татуировка была покрыта мазью и повязкой, затем их повели чистить зубы и причесываться. А когда, наконец, отвели обратно в стойла, на каждом матраце стояли маленькие подносы. Там была овсянка, банан и две бутылки воды. Рядом с миской лежала пластиковая ложка и салфетка.

Она довольно долго вдыхала запах еще теплой овсянки, банана и пила воду. Девушка вновь почувствовала себя человеком и чище в миллион раз. Трое обсуждали татуировки, когда другая женщина присоединилась к разговору.

Ее звали Дон, у нее был мягкий голос, она была еще одной блондинкой, которую вывели вместе с ними из стойл. У них всех была одинаковая теория. Номер Морган был 320-й, таким образом, она была 320-й пойманной женщиной. Пайпер 319, а Кира 321-й.

Все это было тревожно по нескольким причинам.

— Ты говорила, что красивые девушки в городе не задерживаются. Как считаешь, это из-за происходящего? — спросила она Киру.

— Взгляни на этих женщин, так и есть, в этом причина. Дело в этом, — Моргана была согласна.

— Путешествуя по другим городам, эти женщины никак не могут быть из такого захолустья, как этот маленький городишка, — заявила Пайпер. Подруга была полностью с ней согласна.

Их рассуждения прервались, когда откуда-то из конюшни послышалась болтовня и смех. Двери конюшни были открыты, может поэтому так хорошо было слышно. Вскоре распахнулись их стойла и девушек вытащили. Их повели строем на звук.

Остановившись, их выстроили в очередь за другими женщинами из хлева. Моргаy взглянула влево через прямоугольное окно из оргстекла на огромный крытый манеж. Пол был покрыт ровными гладкими опилками. На потолке длинные стеклянные люки, а с потолка свисали две огромные люстры мятно-зеленого цвета.

Выкрашенная в темно-серый цвет кирпичная стена и металлические белые перила спускались по обеим сторонам помещения, заполненного людьми. Выше всех, на каком-то длинном диване, восседали двое мужчин в костюмах и взирали на толпу.

— Итак, дамы, сегодня первая ночь Игр Вершителей, — заговорил крупный мужчина из первого рядя. — Вы будете разделены на пары по двое, на противоположном конце находится стена с оружием. Единственный способ победить — убить, либо же проиграть и быть убитым.