— Ты обалдел, братан? Я дышу с трудом, куда мне ходить?

— Тебе нужно поесть.

— Ага, прибухнуть ещё заодно. Я подыхаю, как ты не поймёшь…

— Да ты мастак преувеличивать. Я тоже подыхал первые два дня. Потом адаптировался.

— Ты не понимаешь… У меня лёгкие не работают…

Я молча встал и отправился в любимое место хранения еды. Нет, не в холодильник. Это место сейчас похлеще туалета. В погреб, конечно же. Там взял пару первых попавшихся банок, прижал их к телу, так как пальцами держать невыносимо тяжело и вернулся к другу.

Тот пялился на склонившуюся над ним Арину и пускал слюни, в прямом смысле слова.

— Сопли подотри и похавай. Если ты не обратился — значит, иммунный, если иммунный, — значит, адаптируешься. Только жрать нужно много и часто.

— Что ты несёшь? Я пошевелиться не могу. Валите отсюда, пока они не вернулись. Хотя на хера им возвращаться…

— Так, открывай рот, — сказал я, доставая из банки огурец. — Давай: за маму, за папу…

Тот проглотил его так, будто это не огурец, а последняя в мире качалка колбасы.

— Арин, покорми его, а я пока вторую банку открою. Чёрт… Тут сало.

— Ничего… Фало тоже фойдёт… — с набитым ртом сказал Вася. — Не думал, фто я такой голодный.

— А я тебе говорил.

Хотелось его поторопить и узнать, что тут случилось. Но в то же время ему еда сейчас была важнее, чем перевязка.

Терпеливо дождавшись, пока он наестся до отказа, я принялся его расспрашивать.

— Короче, увидел я ту хреновину, летящую на землю. И рванул сразу к Людке…

— Погоди. Может, сначала уберём её тело отсюда? Похоронить бы… — перебила Арина Васю.

— Мы сейчас не в лучшей форме для этого… — заметил я.

— Ладно, тогда я сама, — сказала девушка.

С этими словами она на полном серьёзе начала разгребать заваленное тело девушки. Затем погрузила его на импровизированные носилки из сломанного стула и потащила на улицу.

Я хотел сначала её остановить и вырезать почки. Но сразу же понял, как это дико звучит даже в моей голове. А уж Вася как удивился бы.

— Короче, приезжаю я сюда, а тут трахаль её. Прикинь?

— Так это ты её того…

— Да ты слушай… Короче, захожу в дом, а они сидят полуголые водяру глушат. То ли напиться перед концом света решили, то ли потрахаться. А может, и то и другое… Этот юморист мне ещё говорит, мол, «будешь?». Я её сначала хотел в задницу ему засунуть. Но мозг отключился, и я его просто мудохать начал. Ну он тоже чё-то пытался мне сделать, потом оправдываться начал, типа не знал, что она моя девушка.

— Я тоже не знал, если честно.

— Да ну, мы, вроде, как и не встречались серьёзно, просто трахались время от времени. Но чёт меня вообще перемкнуло. Короче, я б убил его, наверное, если б не Ленка. Она со мной поехала — дружила она с Людкой. Так вот она оттащила меня. А потом как шандарахнуло. Окна чуть не выбило. Потом пыль какая-то с неба летела, свет отрубился, мне даже казалось что звук пропал. Я на хрен ничего не слышал, да и не видел. Темнота кромешная была. Ты тоже должен был заметить это.

— Да я в подвале в это время сидел. Точнее, в отключке лежал…

— Ну короче, когда стало светлее — всё стало другим. Дышать трудно, лес какой-то появился. А этот мудак когда открыл двери и из дому выбежал, так я вообще чуть не задохнулся. Двери за ним мы сразу закрыли и с девками больше не выходили.

— А куда вы это…

— Вот ты странный? Тебе, правда, именно это интересно? Про говно послушать?

— Хех, ладно, продолжай, — с улыбкой сказал я.

— Так вот, короче… Короче, сожрали мы за пару дней всё что есть в холодильнике, даже не пропало ничего. Водяру тоже допили. Я с этой сукой поговорил ещё. Короче, расстались мы.

— Так вы ж вроде не встречались?

— Та мля-ять! Послушать можешь спокойно? Не встречались серьёзно, ну типа там планы на будущее не обсуждали, а чисто трахались. Но это ж не значит, что с другими можно… Короче! Ночью тварь какая-то ходила в окна заглядывала. Эта дура Людка как заорёт. Короче, тварь оживилась сразу. Окно вон разбила одно. Я уж думаю всё, задохнёмся на фиг теперь, если не сожрут нас. Я кочергу схватил и давай отмахиваться. А у неё, сука, лапища длинные, расцарапала мне руки и грудак.