— Ладно… — прихлопнув ладонью по столу, глава Замка взглянул мне в глаза — Я тебя услышал. И проникся. Мы оба высказались. Оба что-то уяснили из чужих слов.

— Я ничего не уяснил — возразил я — Человеческое отношение — вот чего я прошу. Об остальном холловцы постараются позаботиться сами. Закрываем тему?

— Закрываем. И открываем новую… есть к тебе дело, Охотник.

— Куда-то надо отправляться?

— Верно…

— И нужен молодой, сильный и даже не тупой?

— И снова в точку.

— Отправляться далеко?

— Не сказать, чтобы… но тут ведь все измеряется иными… мерками. Тут каждый шаг своего рода испытание. Но если одним словом — далече.

— Почему я? — чуть переиначил я вопрос — Почему именно я?

— Ты молод. Решителен. Умен. Целеустремлен…

— Вы уже говорили это, Михаил Данилович. И меня такой ответ не устроил. Я не артачащийся мальчишка, что ждет, когда его потреплют по волосам и похвалят.

— Ну… я и правда готов хвалить тебя еще долго и у меня в запасе немало лестных слов, Охотник. Ты вот только что рассказал про своего дядю, который несмотря на пожирающую его страшную болезнь все же сумел успеть так много.

— Рассказал. И что?

— Так ведь ты — полное отражение своего дяди за минусом болезни — и слава Богу. Ты появился здесь налегке, израненный, мало что понимающий, не имея никакой репутации.

— Я уж точно не пришел с пустыми руками. Прибыл с настоящим наследством и уже имея кое-какие рекомендации от тех, кто пришел со мной.

— Но все же! Через несколько дней после прибытия ты добыл первого медведя, вошел в контакт с Холлом, не обделив вниманием и Центр. Ты вычленил самых знающих и побеседовал с каждым, получив и впитав информацию. Могу продолжить цепочку, но достаточно взглянуть на дальний угол Холла, где небрежно запаркован твой вездеход. Потом можно вспомнить про спрятанную тобой батарейку…

— Это не ответ — упрямо покачал я головой — Вообще не ответ.

— Почему же?

— Достаточно взглянуть не в дальний угол Холла, а просто пройтись по всему Бункеру. И сразу станет ясно, что тут и без меня хватает деловитых практичных людей, что сумели построить почти автономное убежище. И пусть многие из них уже в мире ином, Бункер продолжает оставаться стабильным островком безопасности в этом мире. Я хочу сказать, что мало урвать по случаю крутую тачку. Да я смогу круто прокатиться на ней по району, потрясая и восхищая глупеньких девушек, но…

— Крутую тачку — повторил Михаил Данилович — Да уж…

— А вот построить и поддерживать подобную систему как Бункер, собрав ее, по сути, из упавших крестов и заброшенных объектов хлама… вот это действительно многое говорит о Замке.

— Роли поменялись? Теперь ты хвалишь нас, хотя хвалить и сватать должен я…

— Просто отдаю должное. Политика Замка мне не нравится. Но я не могу отрицать ваши достижения.

— Я тебя услышал, Охотник. Ларек с бытовыми товарами появится сегодня. Но и ты меня услышь — никто в здравом уме не станет открывать магазин в вонючих трущобах. Тогда как открытие магазинчика на бедной, но крепко стоящей на ногах окраине… вполне разумный шаг. Ты вернул Холлу человеческий облик.

Поморщившись, я поднял ладонь, останавливая собеседника:

— Мы опять пошли по кругу. Опять липковатые похвалы. Михаил Данилович… я хочу откровенного серьезного разговора.

Выдержав короткую паузу, старик кивнул и потянулся за сигаретами:

— Ладно. Вот тебе мой ответ — ты их не бросил, Охотник.

— Не бросил кого?

— Своих напарников по крушению. Шериф. Красный Арни.

— Да там тащить то их было…

— Ты не бросил их и в воздухе! Ты рисковал всем, спасая, по сути, незнакомых тебе людей. У тебя было золото, имелся запас лекарств и теплой одежды, ты уже знал, что в ледяной пустоши под тобой имеются теплые спасительные островки убежищ. И ты не мог не понимать, что старики лишь будут балластом в этой дороге — как оно и случилось. Но ты все же спас их, вытащил из крестов, а затем, после крушения, дотащил их до Бункера. И не поддался искушению.

— Какому?

— Ну как… пара ударов — и они мертвы. Забрать их вещи, притащить в Бункер и просто сказать, что их старые кости не пережили столкновения с землей. Кто проверит? Никто.

— Убивать из-за золота и одежды? — я удивленно хмыкнул — Это как-то…

— Удивлен? А что на Земле больше не убивают из-за денег? Никто не поддается голоскам демонов наживы?

— Бывает.

— Ты довез луковианцев до их убежища! Прокатил с ветерком, а ведь тоже… вполне мог убить их в дороге, присвоить вещи, а затем вернуться и развести руками — померли старички, не выдержав тягот путешествия. Ведь никто не знал, что вы отправляетесь на вездеходе, а не на снегоступах по кишащей червями и медведями снежной пустоши.

— А может я и убил? И наврал…

— Не наврал. Луковианцы уже трижды вышли на связь. Первым делом поблагодарили за доброе отношение к их соотечественникам и попросили передать тебе еще раз их глубокую благодарность.

— Вот как…

— Ты не бросаешь людей. И не убиваешь ради наживы. Так что… репутация у тебя была изначально, Охотник. И репутация положительная. Ты деятельный надежный мужик. Это главная причина, по которой я вообще отдал свой голос за то, чтобы показать тебе канониров фантомов. Другие причины — твое отношение к людям. Твое отношение к старикам. Можно смело утверждать, что ты обладаешь не просто твердыми, а нерушимыми жизненными принципами, хотя, уверен, они не раз проходили проверку на прочность. Ты очень похож на человека, что хотя бы раз, но разочаровывался в окружающей нас действительности.