– Ты не рассказала ему обо мне?

– Боишься, что он явится к тебе с плетью? С него станется. Но не бойся, Джек, я ничего не рассказала ему.

– Он бил тебя?

– Нет. – Фрэнсис сняла солнечные очки. Глаза у нее были уставшие, но синяков под ними не было. – Это было просто неприятно. Как неприятно все, к чему имеет отношение Магнус.

– Почему же ты не уйдешь от него?

– Потому что у меня нет денег. Пойми, что жилка мстительности у Магнуса размером с Панамский канал. Если я попытаюсь его бросить, он созовет целую армию адвокатов и добьется того, чтобы я ушла из Пай-Холла только в том, что на мне надето.

– У меня есть деньги.

– Сомневаюсь, милый. Уж точно недостаточно.

Это было так. Дартфорд работал на валютном рынке, что сложно было назвать работой в прямом смысле слова. Он занимался этим не как профессионал, а время от времени. Делал вложения. Но в последнее время у него пошла черная полоса, и он очень надеялся, что Фрэнсис Пай не подозревает, насколько крепко сидят на мели его финансы. Джек не мог позволить себе жениться на ней. Не мог сбежать с ней. Если так пойдет и дальше, он скоро и обед едва ли сможет себе позволить.

– Как юг Франции? – меняя тему, спросил он. Именно там они в свое время познакомились, играя в теннис.

– Скука. Мне так хотелось, чтобы ты был там.

– Ну еще бы. В теннис поиграла?

– Толком нет. Признаться честно, я была рада уехать. В середине недели пришло письмо. Одна женщина из Пай-Холла споткнулась о провод, скатилась с лестницы и сломала шею.

– Господи! Фредди был там?

– Нет, жил с друзьями в Гастингсе. Он и до сих пор там, если на то пошло. И домой, похоже, возвращаться не собирается.

– Не удивительно. Так кто была та женщина?

– Экономка. Ее звали Мэри Блэкистон. Она прожила с нами много-много лет и сделалась почти незаменимой. Но и это еще не все. Когда в прошлую субботу мы наконец вернулись, то обнаружили, что нас ограбили.

– Не может быть!

– Честное слово. То была вина смотрителя парка, – по крайней мере, так думает полиция. Он разбил стекло позади дома. Ему пришлось сделать это, чтобы доктор смогла войти.

– А зачем тебе понадобился доктор?

– Не спеши, Джек. Это для той погибшей женщины. Брент, смотритель, увидел через окно, как она лежит на полу. Он вызвал доктора, и вместе с ней они проникли в дом, чтобы посмотреть, не нужна ли экономке помощь. Помощь, понятное дело, не понадобилась. Но потом Брент так и оставил дверь с разбитым стеклом. Не потрудился даже забить дыру досками. Она просто звала грабителей, и те не замедлили принять приглашение, сказав большое спасибо.

– Значительный урон нанесли?

– В плане имущества нет. Магнус большую часть ценностей хранит в сейфе, а воры не смогли его открыть. Но они все обшарили. И натворили немало: повытаскивали ящики и повытряхивали их содержимое, ну и так далее. У нас весь воскресный и вчерашний день ушли на то, чтобы убраться. – Фрэнсис протянула руку с сигаретой, и Дартфорд придвинул к ней пепельницу. – Я оставила на тумбочке у кровати кое-какие драгоценности и лишилась их. Становится не по себе, когда вообразишь, как кто-то чужой проникает к тебе в спальню.

– Могу представить.

– А Магнус лишился своего драгоценного клада, и это его совсем не обрадовало.

– Какого еще клада?

– Римского, по большей части из серебра. Он хранился в семье не одно поколение, с тех самых пор, как его выкопали на их земле. Его нашли в чем-то вроде гробницы. Там были кольца, браслеты, несколько декоративных шкатулок, монеты. Клад лежал у нас в витрине в столовой. Разумеется, Магнус его никогда не страховал, хотя говорят, что он стоит целое состояние.

– Теперь, разумеется, уже поздновато… Полиция помогла?

– Нет, конечно. Приехал какой-то тип из Бата, послонялся вокруг, перевел кучу порошка для отпечатков пальцев, замучил всех своими вопросами и исчез. Никакого проку.

Официант принес бокал с вином. Дартфорд пил кампари с содовой. Он заказал еще.

– Жаль, что это был не Магнус, – заметил он, когда официант ушел.

– Это ты о чем?

– О леди, свалившейся с лестницы. Жаль, что это был не он.

– Страшные слова ты говоришь.

– Я говорю то, о чем ты думаешь, дорогая. Мне ли тебя не знать? Как понимаю, если Магнус отбросит копыта, вся казна достанется тебе.

Фрэнсис выпустила сигаретный дым и с интересом посмотрела на спутника.

– По сути дела, дом и усадьба отойдут к Фредди – это определено правилами наследования. Так было из поколения в поколение.

– Но ты в накладе не останешься.

– Нет, конечно. И разумеется, у меня пожизненные права на Пай-Холл. Единственное, чего я не могу сделать, так это продать дом. Но ничего такого не случится. Магнус обладает идеальным здоровьем, по крайней мере для своего возраста.