— Все в порядке, — кивнула она, — у меня ничего не пропало. Надеюсь, их у меня не отнимут.

— Нет, — успокоил ее Дронго, — они просто все перепишут. У них такой порядок, чтобы потом вы не подали претензии на пропажу своих вещей.

— А у вашего друга ничего не пропало? — спросил комиссар. — У него были какие-нибудь ценности? — У него были часы «Ролекс», — кивнула женщина и вдруг ошеломленно посмотрела на них. — Да, конечно, у него были ценности. У него были деньги. Много денег. Он всегда возил с собой наличные.

— Какая сумма у него была? — нахмурился комиссар. Неужели версию о бытовом преступлении придется отбросить и вместо нее появится версия об убийстве с ограблением? Тогда о будущем курорта можно и не мечтать.

— По-моему, пятьдесят или сто тысяч долларов, — ответила женщина.

— Сколько? — ахнул комиссар. — У него была с собой такая сумма наличными?

Женщина удивленно посмотрела на него.

— Чего он так нервничает? — спросила Инна у Дрон-го. — Считает, это слишком большая сумма?

— Фикрет-эфенди, — пояснил, сдерживая улыбку, Дронго, — у русских свои правила. Они не доверяют кредитным карточкам и предпочитают носить наличность с собой. У них просто такие привычки.

— Но пятьдесят тысяч долларов, — простонал комиссар, — это колоссальная сумма!

— Только не для них, — объяснил улыбающийся Дронго. — В России их называют «новыми русскими». Это миллионеры, сделавшие свой бизнес на разнице цен внутреннего и внешнего потребления на газ, нефть, разного рода цветные металлы. Многие из них сказочно разбогатели за несколько месяцев, став обладателями многомиллионных состояний. Поэтому они не привыкли считать деньги и обычно возят их с собой пачками. Неужели вам это не понятно?

— Не очень, — признался комиссар. — Убитый был миллионером?

— Убитый был «новым русским», — снова пояснил Дронго, — и он не привык считать свои деньги. Чтобы жить на таком курорте, нужно иметь много денег. Вы знаете, сколько стоят такие апартаменты в сутки?

— Вы, по-моему, тоже не бедный, — напомнил комиссар. — Сколько стоит ваша вилла?

— Согласен, — рассмеялся Дронго, — но я зарабатываю несколько другим способом. Во всяком случае, я не заказываю себе в номер черную икру и фирменный коньяк в три часа ночи. И не ношу часов «Ролекс».

— Да, — вздохнул комиссар, — наша оппозиция говорит, что этот курорт нужно закрыть. Он настоящий рассадник разврата и растления нашей молодежи. Иногда мне кажется, что они говорят правду. Спросите, где убитый держал свои деньги?

— Где Виктор держал свои деньги? — перевел Дронго.

— В «дипломате», — пояснила Инна, — он привез его с собой из Москвы. А потом переложил в сейф.

В апартаментах были вмонтированные сейфы, которые запирались с помощью кода, известного только владельцу номера.

— Позовите менеджера, — приказал комиссар, обращаясь к своему помощнику, — и вскройте сейф. Мне нужно знать, что там находится.

Помощник кивнул и быстро вышел из комнаты.

— У вашего друга были столкновения с другими членами группы? — спросил комиссар. Дронго перевел дословно, ожидая, что скажет молодая женщина.

— Нет, — снова чуть поколебавшись, ответила она, — У нас в группе были ровные, приятные отношения. Никаких споров не было. Мы приехали сюда отдохнуть все вместе.

— Вы работаете в фирме вашего друга? — спросил комиссар, и Дронго переспросил у Инны, чем она занимается.

— Я манекенщица, — пожала плечами молодая женщина, словно это должно быть известно и без ее слов. — А с Виктором мы просто друзья.

В комнату вошел менеджер с целой связкой ключей. И еще техник отеля. В сопровождении помощника они подошли к сейфу и несколько минут провозились у дверцы. И только затем менеджер с торжествующим видом открыл дверцу. В сейфе лежали четыре плотные пачки денег и две открытые. Все было на месте.

— Пересчитайте, — оживленно попросил комиссар. Все-таки версия ограбления сразу улетучилась. Это значительно улучшило его настроение, и он с новой силой напал на молодую женщину:

— Еще раз вспомните, кто мог видеть вас во время вашей прогулки к морю. Это очень важно для вас, иначе я не смогу вам поверить.

Женщина достала следующую сигарету и молча закурила. Она явно не собиралась ничего говорить.

— Отпустите ее, — посоветовал Дронго, — я могу быть ее свидетелем. Я видел ее на дорожке, когда она шла к морю. Моя вилла находится как раз на полпути между отелем и морем.