Шрифт:
— Почему?.. Я хочу…
Желание пошло по телу жаркими волнами, в низу живота образовалась томительная тяжесть. Половые губки набухли, а кружево белья, впиваясь в чувствительную плоть, лишь обостряло ощущения.
— Ник… Ник… Пожалуйста… — хныкала я, — я так сильно тебя хочу…
Моя рука, нырнув за пояс мужских трусов, с жадностью обхватила его член и принялась поглаживать его сверху — вниз и обратно.
— Твою мать! Мила…
— Ник! Прошу…
Я дернулась как от удара током, когда почувствовала, как его пальцы отодвинули полоску стрингов в сторону и, раздвинув губки, накрыли клитор.
— Боже… Боже… Боже… Боже мой…
Они размазали мои соки по лепесткам, приласкали чувствительный бугорок и нырнули внутрь.
Да — да — да!!! Господи, я сейчас умру…
Его руки раздвинули ноги шире и, шлепнув меня по раскрытой промежности, его пальцы вновь ворвались в меня, начиная трахать в бешеном ритме.
— Да, Ник!!! Еще! Еще!!! — хрипло кричала я, пока он не заткнул меня поцелуем.
Его язык, повторяя движения пальцев, стократ усилил ощущения.
— Кончи, детка… — прошептал он мне в рот.
Задрожав, я выгнулась в пояснице и взмыла в небо кометой, чтобы осветить заревом всю вселенную.
— Ник… Ник… Я так люблю тебя… Так люблю… — прошептала я во сне и почувствовала, как в кулак мне ударила горячая струя.
Утро наступило для меня внезапно. Почувствовав на себе тяжесть мужской руки, я резко распахнула глаза.
Задернутые плотные шторы, незнакомая обстановка, спящая в кресле моя Машка и запах Ника повсюду.
Паника накрыла меня подобно снежной лавине.
Что я натворила?!
В трещавшую от похмелья черепную коробку начали просачиваться воспоминания. Его хриплый шепот, губы, пальцы у меня между ног, мои стоны и мощнейший оргазм…
Боже мой… Какая я тварь…
Выскользнув из-под его руки, я, не глядя сгребла свою одежду с кресла и на цыпочках выскользнула в прихожую.
Машка, проснувшись побежала за мной. Пока я надевала платье и чулки, она не прекращала тереться об ноги.
И в другое время я бы с удовольствием пообщалась с ней, но, сейчас, когда меня всю потряхивало от осознания ужаса произошедшего, а в горле стоял огромный ком из непролитых слез, мягко говоря, было не до кошки.
Как воровка, я шарила в темноте в поисках своей сумки и обуви, пока прихожую не залил яркий свет.
— Сбегаешь?
Глава 54
— Сбегаешь?
Привалившись спиной к стене, я подняла на Ника взгляд из-под растрепанных волос.
Он стоял в дверном проеме в одних только черных боксерах со сложенными на груди руками. Хмурый и до неприличия красивый. Идеаленый от взъерошенных после сна волос до кончиков пальцев ног.
— Мы переспали? — надтреснутым голосом спросила я.
— Нет. Ничего не было.
Как не было?! Я же помню… Такое не могло присниться…
— Не смотри так на меня, Мила, — произнес он тихо, трогаясь с места в мою сторону, — секса не было. Был… петтинг.
— Пе-петтинг?.. — значит, все же, не приснилось, — черт…
Сгорая от стыда и отвращения к самой себе, я закрыла лицо руками и опустила плечи.
— Зачем ты привез меня сюда?..
— Ты спала. Куда мне было еще тебя везти? — голос Ника прозвучал совсем близко. Я и не заметила, как он приблизился.
— Не подходи… — тихо захныкала я.
— Мила, посмотри на меня.
Шмыгнув носом, подняла на него глаза. Он стоял, возвышаясь надо мною, опираясь в стену руками по обе стороны от моей головы. В ноздри проник его запах. Терпкий, горячий ото сна. Тот самый, что свел с ума меня ночью.
Я чувствовала себя, как в капкане. Его ауры, глаз, голоса и сильных рук. Сопротивляться невозможно…
— Ты все испортил, Ник…
— Нечего было портить. Твое место не рядом с ним.
— Ты ошибаешься, — грустно покачала я головой, — мы были бы с Майклом идеальной парой.
— Не лги себе, Мила, — нежным движением заправил прядь волос мне за ухо, — тебя рядом с ним держит лишь признательность. Нельзя связывать жизнь с человеком только из чувства благодарности.
— Ты такой умный, Ник! А рядом с кем мое место? А? — задрала голову, чтоб заглянуть ему в глаза, — уж не с тобой ли?!
— Со мной, конечно!
— Я Майкла люблю!
— Ты так часто это повторяешь, будто хочешь убедить в этом саму себя…
— Я не могу его предать, — еле слышно, одними губами, проговорила я.