— Да, можно. Вставай и пробуй.

Сергей встал, пошевелил пальцами, распахнул глаза и засветился от шока. В тот момент какая-то циничная часть меня подумала, что он теперь мой с потрохами.

***

Восстановление конечности повлекло за собой ряд других благоприятных событий.

Обо всём так сразу не расскажешь, да и захоти я, подробности прошли мимо. Так, услышал кое-что. Ольга задокументировала случай восстановления и через неделю, что было рекордно быстро, собрала комиссию из знакомых целителей. Слова «комиссия» и «знакомые» не очень сочетаются, но тут именно так совпало.

Грубо говоря, она рассказала про свой успех в сообществе целителей и пригласила тех, с кем была в хороших отношениях, засвидетельствовать и осмотреть пациента. Сам Калач не особо обрадовался, но и артачиться не стал. Ещё бы. Ольга ему доходчиво объяснила, что это может изменить чуть ли не всю медицину и помочь сотням человек.

Следующий шаг — через месяц, когда будет наглядное доказательство, что нога не отваливается со временем, собрать полноценную комиссию. Это и большой плюс в послужной список Ольге, и хорошая реклама нашей клинике. Если вспомнить про конфликт с главным в ассоциации целителей и про то, какую кампанию черного-пиара против нас развернули, такие победы очень даже к месту.

Меня это интересовало в том ключе, что обещало привести к нам новую кровь. Глядишь, ещё кто переметнётся. Пока наш эксперимент работал, как надо, и Ольга отмечала, что целители выросли в силе. Выдающихся успехов нет, но так и мы никуда не спешили. Прибавить процентов десять за год — это мечта для любого одаренного. А у нас они все двадцать прибавляли.

Это были не единственные новости. Калач от своих привычек не отказался. Продолжил ходить на стрельбище и в спортивные секции, где спарринговал. Стоит ли говорить, что его восстановление произвело фурор?

— И как отреагировали люди? — спросил я, когда он пришёл с докладом и списком тех, кого можно взять к нам.

— Достали, — поморщился мужчина.

Не раздраженно, а скорее как очень довольный жизнью человек. Ну да, ожидаемо. Ему грех жаловаться. Стать инвалидом, поставить на себе крест, смириться с тем, что ничего хорошего в жизни дальше не будет, кое-как устроиться, адаптироваться и… На новую работу устроился, зарплата его раз в пять поднялась и ещё поднимется, когда он соберет дружину и делом докажет, что способен заниматься гвардией. Ногу восстановили ещё. Как ни крути, а это светлая полоса в жизни. Осталось не довести до черной. Так то врагов у меня по-прежнему хватает.

— А ты и рад? — поддел я его.

— Разумеется, — улыбнулся он. — Сами понимаете, знакомых с… кхм… — опустил он взгляд на теперь уже здоровую ногу, — у меня хватает. Их мой случай очень заинтересовал. К сожалению, — тут его улыбка померкла, — я спрашивал у Ольги Владимировны, — её имя он произнёс с большим почтением, — на текущим этапе нет технологии восстановления конечности у любого человека. Мне повезло, потому что я бес не из последних. Но и так парни заинтересовались. Где лечился, я скрывать не стал. Многие наведались в бесплатные дни. Получили консультацию и кое-какую помощь.

— В общем, шуму поднялось много.

— Да. Многих из этой компании я знаю достаточно давно. Здесь, — указал он на список, — фамилии тех, кто не опустился, не спился, нашёл себе дело, но не прочь вернуться в строй. С каждым я предварительно поговорил. На уровне намёков, без конкретики, само собой. Также побеседовал с Ольгой Владимировной. Здесь только те, кому в потенциале можно помочь.

— Всего девять человек, — глянул я на список.

— Шестеро из них инвалиды. Трое — обычные наёмники, которые работают на толстосумов. Нормальные парни, которые не прочь сменить работодателя.

— Не самая хорошая оценка. Если они так легко готовы сменить место работы…

— Они наёмники, а не слуги у аристократа. Это другое.

— И?

— Если говорить прямо, то всех самых толковых бойцов взращивают с нуля, а если кто-то оказывается в свободном доступе, его быстро нанимают. Выбор скромен, и это лучшее, что я смог найти. Они не идеальны. Абсолютной верности ждать не стоит. Ну так и неоткуда верности заранее взяться.

— Тоже верно, — согласился я.

Мне знакомы примеры, когда аристократов предавали те, кто им годами служил. Поэтому риск есть всегда. Но это я умом понимаю. А на уровне чувств претит мысль подпустить к близким кого-то недостаточно надежного. Дилемма в том, что достаточно надежного никогда не будет. Это в принципе невозможно.

— Я проверю список и скажу, что думаю по этим людям.

***

Проверка затянулась. Наступил Новый год, а вместе с этим официальный бал у князя, на который мы с Катей были приглашены.

Что сказать… Пришли, пообщались, навернули пару кругов, потанцевали и ушли. Отметил, что в этот раз ко мне было куда больше интереса. Ну да ничего особенно важного не произошло, поэтому лично для меня вечер выдался обыденным.

Первые три дня нового года ушли на встречи с друзьями. Потом страна начала оживать, но полноценно люди заработали числа седьмого. Я же на эти дни заперся в мастерской и занялся расчётами.