— Это плохо? — Спросил его. Георгич пожал плечами.

— Не знаю, но конструкция вагона может быть не рассчитана под такой вес. Может и ничего не будет, а может и будет. Треснет там что-нибудь, не дай бог, на ходу.

Неожиданно Влада, сидевшая за столом, ужинать она уже закончила и прислушивалась к нашему разговору, подняла руку, как в школе на уроке.

— Влада? — спросил её.

— А вы куда-то ехать собрались на поезде?

— Собрались, Влада. Мы хотим на юг уйти, от зимы подальше.

— А вы нас с Ромкой возьмёте?

— Возьмём, если вы сами захотите.

— Мы захотим.

— Это всё, что ты хотела сказать? — Спросил Владу.

— Нет. Если куда-то сейчас ехать на поезде, то нужен бронепоезд, как в Гражданскую войну, когда красные с белыми воевали.

Народ засмеялся.

— Влада, мы уже такой бронепоезд готовим. Вот только броневагонов мало.

— А я знаю где взять целый бронепоезд! — Она победно на нас смотрела.

— И где же, дитя, мы возьмём целый бронепоезд? Их же с войны уже не делают.

— Именно с войны. Вы про войну с немцами говорите, дяденька? — Спросила девочка Георгича.

— Про неё, милая.

— Так вот, я знаю где стоит, пусть и не целый, но почти бронепоезд. Он как экспонат, музей под открытым небом. Оружия там нет, муляжи и пушки не стреляют. Но смотрится он очень даже.

— Подожди, дорогая!.. — Георгич смотрел на Владу удивлённо. — Чёрт, как же я забыл!!! В Устье Сибирском! Там музей Победы под открытым небом!!! Вот старый! Совсем памяти нет. А ведь там и правда, бронепоезд стоит. Не весь, конечно. Несколько броневагонов и пара платформ с орудиями. Пушки на самом деле уже не стреляют и вместо пулемётов муляжи. Но это всё ерунда. Вооружения свои поставим. Марк! Главное сами вагоны, они то и правда бронированные. Этот бронепоезд, кстати, у нас на заводе, где сейчас наш стоит, делали в 1943 году. Он так и называется, бронепоезд: «Сибирский комсомолец»! Это один из последних советских бронепоездов. Между прочим, участвовал в штурме Берлина. Части вагонов уже нет, но зато есть бронепаровоз. Я вот только не знаю в какой он готовности. Но это ерунда. Самое главное, это сами вагоны. Вот, вместо пассажирских возьмём эти. Подшаманим внутри, комфорт сделаем и вперёд!

— Устье Сибирское в той же стороне, где и «Белогорье», а мы туда как раз и собрались завтра. — Сказал я. — Проверим заодно герметичность наших вагонов и локомотива, наличие вагонов для перевозки скота и броневагоны посмотрим.

— Кто с тобой пойдёт? — спросил Стас.

— Георгич, Илья, Коля. — Посмотрел на жену, эта наплюёт на приказ и попрётся за мной. Ей хоть кол на голове теши. — Ольга пойдёт. Снайпер нужен, а у неё уже неплохо получается. Ещё пару человек нужно.

— Я пойду. — Сказал Артём.

— Ты ранен. Тебе ещё лечиться.

— Нормально уже. А сидеть надоело. Стрелять я могу, если что. Буду в локомотиве.

— Ладно. — Согласился. — И ещё наш бессменный часовой, Павел пойдёт. А то расслабился в наряде. Опять к тебе жёнка бегать начала.

— Я не бегала к нему. Просто сидела тихо в сторонке. — Попыталась оправдаться мадемуазель.

— Всё равно, нарушение караульного устава. — Народ засмеялся.

Костюмы ОЗК и противогазы у нас были. Брали это на складах Росгвардии. Вышли на БТРе. С собой взяли и Джека. До «Красного партизана» дошли без приключений. Так как бронелокомотив был уже отцеплен от остальных вагонов и путь был чистый, медлить не стали. БТР оставили там же, около эшелона. Георгич запустил тепловоз. Погонял его немного в тестовом режиме. Потом кивнул мне.

— Всё нормально, можем двигаться.

— Тогда поехали.

Пока шли до Артиллерийского, постоянно меняли ветки. Тут много было путей. А вот после Артиллерийского началась двухколейная дорога. Что удивительно, но пути были свободные. Перед самым комбинатом остановились. Закрыли полностью весь локомотив, тем более такая функция у него имелась. Надели костюмы ОЗК и противогазы. Джек смотрел на нас удивлённо. Перед тем, как напялить противогаз, Ольга укоризненно посмотрела на меня.

— Марк, у тебя всё нормально, совесть не гложет?

— А в чём дело?

— Мы сами значит в противогазах, а Джек?

— Извини, но на Джека противогаз как-то отсутствует.

— Зачем тогда его взяли?

— А затем, посмотрим, как он будет себя вести. Ведь ему всё равно придётся с остальным зверьём проходить зону. Вот считай, он будет пионером в этом деле!

Ещё на подходах к заражённой территории, уже было видно, что растения пострадали от какой-то дряни. Тепловоз медленно катил по рельсам. Вот проходим мимо огромных резервуаров, огороженных от нас бетонным забором. Но он мало что скрывает. Мы всё видим. Резервуары как гигантские консервные банки.

— В них бензин делали. — Пояснил Гергич. Противогаз он уже снял. Я тоже. — В этих резервуарах фракции бензина разные смешивали, получая в итоге 80-й, 92-й, 95-й и 98-й бензин. — Продолжал говорить наш машинист.

Бронелокомотив хорошо держал дрянь за своими пределами. Джек встав на задние лапы и упираясь передними в панель приборов, тоже, как и мы смотрел с интересом в окна. Постепенно комбинат сместился правее. Мимо нас проплывал довольно унылый пейзаж. Все деревья, так называемой зелёной зоны вокруг производства стояли мёртвые и засохшие. Зелёной травы видно не было. Мне было интересно, концентрация отравы всё ещё высокая или всё же снизилась до приемлемого уровня? Интересно то было, вот только проверять особо не горел желанием.