Лили замолчала и перевела взгляд за окно, чтобы только не смотреть мне в глаза. Ещё одна особенность человека, которому стыдно за свои поступки.

– Если вам тяжело, мисс Брэдшоу, мы можем продолжить в следующий раз.

– Нет. – Твёрдо ответила девушка. – Я должна сделать это сейчас. – Она выдохнула и продолжила. – Сначала я не придала значения и продолжила идти, мало ли кто ошивается в подворотне. Но затем я отчётливо услышала крик, женский крик. Рядом как назло никого не было, и первой моей мыслью было бежать куда подальше. Но я просто не смогла. Не смогла, понимаете? Если женщина была в беде, мне хотелось ей помочь. Хотя, чем я могу помочь.

Лили осмотрела себя с ног до головы, будто говоря «посмотрите, какой из меня защитник». Она по-прежнему отказывалась смотреть мне в глаза, пряча не только стыд, но и наворачивающиеся слёзы. Этот кабинет видел их слишком часто.

– Всё хорошо. Вы в безопасности, здесь, со мной, помните? Всё давно закончилось, это просто воспоминания. Что было дальше, мисс Брэдшоу?

– Я решила проверить, может я ошибаюсь. Прошла в тёмный переулок и увидела…

Моё сердце забилось, как заведённое. Я боялась услышать, что было дальше, не меньше, чем Лили Брэдшоу боялась об этом говорить. Ручка в моей руке норовила переломиться пополам от того, насколько сильно я её сжала от напряжения.

– Вы уже не в том тёмном переулке, Лили. Этот страх просто в вашей голове. Если вы расскажете мне, он просто уйдёт.

– Там был мужчина. Я не видела ни лица, ни даже, в чём он был одет. Только силуэт. А ещё… силуэт женщины. – Лили всхлипнула. – Не знаю наверняка, но мне кажется, что он насиловал её и зажимал ей рот рукой. О, Господи! Я хотела побежать, позвать на помощь, но онемела всем телом и не могла сдвинуться ни на дюйм. Пока он не достал нож и не зарезал её.

Я еле сдержалась, чтобы не ахнуть на весь кабинет. Этой девушке не повезло оказаться не в том месте и не в то время. А сейчас она была вынуждена жить с этой картиной всю ставшуюся жизнь.

– Я зажала рот рукой, чтобы не закричать. Кто знает, может он бы и меня прирезал, если бы заметил. Но он не видел. Он был слишком поглощён убийством и просто не заметил меня. И тогда я… просто убежала.

Я налила клиентке стакан воды, которую она осушила залпом, словно могла стереть все картины прошлого.

– Всё в порядке, Лили. Вы поступили правильно.

– Неправильно! Как вы не понимаете? – Слёзы перемешались с озлобленностью на красивом лице. – Я просто сбежала и ничем не помогла этой женщине. А если бы на её месте была я? И кто-то вот так же убежал, не помог!

– Это не ваша вина. Вы не могли ей помочь, она уже была обречена. – Заступилась я за неё саму, выступая в роли адвоката перед самым строгим судьёй – совестью. – Вы поступили правильно. – Повторила я, чтобы эта мысль укоренилась в её голове. – Вы спасли жизнь себе.

Волшебным образом Лили добралась до дома и затаилась, как будто за ней гнались. Убийца, по всей видимости, действительно никого не заметил в переулке, потому даже и не думал преследовать несчастную свидетельницу. Два дня Лили не выходила из дома, боясь даже снять цепочку на двери. Она зарылась в одеяла в спальне и не отвечала на звонки с работы, поэтому её коллеги и начальница уже начали волноваться.

Беспокойство близких усилилось, когда через день после происшествия в новостях появился репортаж о хладнокровном изнасиловании и убийстве молодой женщины в одном из переулков Чалед Вудс. Я вспомнила, что видела этот сюжет в новостях – он шёл по телевизору как раз в тот день, когда я разбиралась с делом Джулии Кармайкл.

Лили только-только осмелилась пойти в полицию, чтобы дать показания, но патрульные сами заявились к ней в квартиру, чтобы удостовериться, что она в порядке. Их вызвали коллеги по работе. Тогда-то свидетельница и заговорила.

Патрульные доставили потерпевшую в участок, где её уже ждала команда оперативников под командованием старшего детектива. Он взял у девушки показания и всячески подбадривал во время беседы.

– Он оказался таким добрым и порядочным, не таким, как многие полицейские, – голос Лили звучал в разы спокойнее, когда она говорила об этом детективе. – Он носился со мной, как отец с дочерью. Утешил и дал список телефонов, кому можно позвонить в том случае, если мне нужна будет помощь. Оставил ещё и свой телефон, чтобы я звонила в любое время.

– Действительно, необычайно чуткий человек.

– С ним всё казалось не таким… ужасным. Я чувствовала странное спокойствие, знаете, как будто… – Лили задумалась, пытаясь подобрать нужное слово. – Как будто перед тобой заботливый отец. Он попросил двух полицейских отвезти меня домой и приставил временную охрану, чтобы убедиться, что это чудовище не следило за мной. Но прошло уже много времени, и вроде бы всё улеглось. Поэтому я наконец-то решилась воспользоваться советом детектива и поговорить с профессионалом. Только выбрала вас, потому что слышала, вы занимаетесь делами о насилии над женщинами. Такая как вы мне гораздо ближе остальных мозгоправов.