Надо закончить вчерашние чертежи за них обещали пять тысяч.

— Олесь, мне сегодня надо поработать и еще я хотел поискать костыли для тебя.

Она смутилась.

— Хорошо. Мы бы смогли гулять по улице тогда — ответила она.

— Да, только скользко там.

— Ага, скоро новый год.

— Только через три недели.

Надо купить подарок Олесе. Интересно, что она хотела бы получить в подарок?

Да последний новый год у меня был в семье. Антон звал меня тогда на вечеринку, но я простыл и не хотел никуда идти. Алису я поздравил накануне. Жаль, что ей не понравился тогда браслет, который я ей преподнёс. Наверное, я совсем не умею выбирать подарки. Она сделала вид, что он ей понравился, но по глазам видно было, что нет. И она не осталась со мною в тот вечер, сослалась, на то, что биться заразиться от меня. А она ведь мне ничего не подарила тогда. Наверное, уже тогда я был не так важен ей.

В семье был большой праздник. Огромная елка и куча подарков под ней. Мама мне подарила тогда теплый свитер, а папа скейт. Лизка прыгала от счастья от большого медведя, которого я выбрал для неё. Жаль, что я тогда долго не смог побыть за столом. Поднялась температура и я ушел к себе спать, не дождавшись курантов. Из-за меня мама решила раньше распаковать подарки, обычно мы это делали после двенадцати. Если бы я только знал, что это последний новый год с ними, я бы наплевал на свое состояние, и остался бы с ними до двенадцати, и загадал бы желание, чтобы с они все были здоровы и счастливы. Может тогда бы не произошло всего этого.

— Кирилл — Олеся взяла за руку — ты чего?

Наверное, на лице все написано. Хотя если бы все было так, то я бы не встретил Олесю, моего ангела.

— Все хорошо — пытаюсь успокоить её.

— Ну, же вижу. Ты из-за слов мамы? Не переживай, пожалуйста…

— Нет, солнышко, просто…

Не могу её обманывать.

— Вспомнил последний новый год.

— А — она крепче сжала мою руку — я надеюсь, ты был счастлив тогда.

— Почти, я его проспал.

— Как? — удивляется она.

— Я болел и пролежал с температурой, вместо того, чтобы сидеть за столом с семьей.

— Только не вини себя в этом — она коснулась моей щеки и посмотрела так понимающе, что аж дыхание перехватило. Откуда она меня так хорошо знает? — Ты не виноват в этом. И очень жаль, что так получилось.

— И мне тоже — выдавил из себя, чувствуя, что глаза начинает щипать.

Олеся обняла меня очень крепко и тепло, что боль в душе начала отступать потихоньку.

— Этот новый год просто обязан быть сказочным и счастливым — говорит она мне на ухо и это вызывает у меня улыбку.

Это точно он просто обязан быть счастливым потому, что это наш первый с ней новый год.

— А каким был твой новый год? — спрашиваю её, когда она отпускает меня.

— Лучше не спрашивай — она стала грустной.

Странно.

— Почему?

— Это был просто ужасный праздник.

— Как? Почему?

— потому, что Мишка пришел с Натальей.

— А, понятно.

— Ты просто не представляешь что было. Я маму тогда в первый раз такой увидела. Она была очень зла. Высказала Наталье в лицо все, что она о ней думает.

Представляю. Её мама не церемониться ни с кем.

— После этого Миша ушел с Натальей ко мне, а я осталась с мамой. Она вынесла мне весь мозг. Я пожалела, что не взяла с собой наушники, чтобы её не слушать. Собирала всякую чушь про девчонку. Я, конечно могла оставить её одну, но тогда бы она пришла в мою — она осеклась — в квартиру и все бы началось с начала.

Да не просто ей дается осознание того, что та квартира не её, хотя она вложила в неё свою душу. Она сделала ремонт там, вложила свои силы и средства. А мать, зная об этом, просто заявила свои права на квартиру, которая, по сути, ей не нужна.

– Да, весело тебе было.

— Ага. Хорошо, что на утро я смогла уехать от неё к себе. Правда, когда приехала, Мишка был не в себе. Они поругались с Наташей из-за мамы и Наталья ушла. В общем, успокаивала обоих и к обеду они помирились и пошли в кафе, а я улеглась спать.

Надо сделать особенным этот праздник для неё нынче.

— Поэтому я надеюсь на хороший новый год в этот раз — сказала она, улыбаясь.

— Обязательно так и будет — целую её в самые нежные губки на свете.

— Я уберу со стола, а ты иди, поработай — говорит Олеся и поднимается с табурета.

— Ага, только сделаю кое-что — усмехаюсь.

— Что? — удивляется она.

Обнимаю её и сажу себе на колени.

— Кирилл! Я же тяжелая! — возмущается она.

— Нисколечко — касаюсь её губ жадно, просто впиваюсь в неё, зарываясь пальцами в её волосы, и притягиваю к себе. Наслаждаюсь ей каждую секунду и не могу насытиться. Её губы сводят с ума, не могу оторваться, даже для того, чтобы вдохнуть.

Олеся

Когда Кирилл отрывается от моих губ его дыхание сбилось, а во взгляде читалось безумное желание. Я и сама хотела его.