Джеймс указал на потолок и, заикаясь, пробормотал:

– Там... Первая комната направо...

Рассел нахмурился и сказал:

– Хорошо. Вставай, - когда Джеймс пополз задним ходом и запнулся, Рассел крикнул: - Вставай! Не заставляй меня делать то, о чем я потом пожалею, ты, крысиный ублюдок! Не дави на меня! Вставай и двигайся!

* * *

Джеймс заикался, не говоря ни слова, качая головой и размахивая руками, умоляя о пощаде. Рассел схватил Джеймса за тонкие и скользкие волосы, затем потянул изо всех сил. Джеймс взвизгнул, беспомощно почесываясь и хлопая Рассела по запястью. Ступеньки заскрипели, когда Рассел потащил Джеймса на второй этаж.

Когда пара приблизилась к вершине, Джеймс крикнул:

– Помогите! Помогите мне! Позвоните в 911! Помогите! Позвоните в полицию! Позвоните в...

Охваченный яростью, Рассел прижал Джеймса к стене. Джеймс нахмурился и поежился, глядя в звериные глаза Рассела – этот мужчина больше не был человеком. Рассел снова занес молоток над головой и ударил Джеймса. Нос Джеймса был немедленно раздавлен. Он кашлял и отплевывался, его веки дрогнули от сокрушительного удара. Рассел стиснул зубы и втолкнул Джеймса в спальню.

Рассел строго сказал:

– Держи рот на замке, кусок дерьма. Ты заговоришь только тогда, когда я позволю тебе заговорить, понял? Если еще раз откроешь рот, я отрежу тебе язык и засуну его тебе в глотку. Обещаю.

Рассел глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Эту ярость было трудно укротить. Он оглядел вычурную комнату. В центре стены слева стояла большая двуспальная кровать с элегантной рамой и малиновыми атласными простынями. Справа стоял комод с шестью ящиками и безупречно чистым зеркалом; дальше по той же стене была дверь, ведущая в ванную. Удивительно простая комната имела темно-синие стены и деревянный пол, как и в остальной части дома.

Джеймс, спотыкаясь, прошел через комнату, затем рухнул на кровать – как пьяница, вернувшийся домой из бара. Ошеломленный ударом молотка по голове, он невнятно пробормотал и медленно повернулся к двери. Его нос был распухшим, порезанным и окровавленным. Кровь сочилась из его ноздрей, выливаясь, как из открытого крана. Еще больше крови хлынуло из раны на переносице. Кровь стекала по его губам и капала на рубашку и брюки.

Рассел подошел к комоду и сказал:

– Джеймс Ламберт... Джеймс Ламберт... Чем ты зарабатываешь на жизнь, Джеймс?

Невнятно выговаривая слова, как злостный пьяница, Джеймс спросил:

– Что–что... Что ты... Что ты делаешь? А? Что...

Рассел открыл ящик стола, затем порылся в одежде. Он ответил:

– Я? Я - фрилансер. Подрядчик, я полагаю. Я делаю все, за что платят. Я был рыбаком, я работал на стройке, я работал продавцом на дому... Черт возьми, я даже перерезал глотки и сбрасывал тела в реки для мафии. Все, за что платили, Джеймс, делал все, за что платили. Итак, что ты делаешь? Как зарабатываешь себе на жизнь?

Со слезами на глазах Джеймс пошевелил большими пальцами и покачал головой. Он не мог собраться с духом, чтобы ответить. Он был ошеломлен и озадачен неожиданным вторжением в дом. Он не мог разгадать искренность в словах Рассела. Возможность встретиться лицом к лицу с загадочным человеком такого калибра, как Рассел, пугала. Он не был уверен, но чувствовал, что его поступки наконец-то настигли его.

Джеймс сказал:

– Я... Я продавец охранных услуг. Я продаю системы, чтобы... чтобы не впускать таких людей, как ты. Знаешь, они, наверно, придут сюда или позвонят...

Рассел прервал его:

– Никто не придет. Не утруждай себя угрозами мне. Твой телефон уже бы зазвонил. Твоей единственной надеждой была бы твоя жена, но, как ты сказал, она, вероятно, трахается с парнем из бассейна и разносчиком пиццы. Верно?

Джеймс уныло уставился на свои колени и захныкал. Он кивнул и ответил:

– Да...

Потянув за последний ящик, Рассел сказал:

– Ты хорошо умеешь скрывать свои грязные дела. Я надеялся найти личную коллекцию, но тут ничего нет.

– Личная коллекция? Коллекция чего?

– Не веди себя глупо. Сейчас это тебе не поможет. Я знаю о снафф-фильмах, Джеймс. Я знаю о твоем особом заказе.

Глаза Джеймса расширились от страха, когда он повторил:

– Снафф-фильмы? Ты... Ты знаешь о...

Рассел положил ладони на комод и громко вздохнул. Он объяснил:

– Моя дочь была той самой... "звездой" твоего личного видео. Она была убита на камеру, чтобы воплотить твою больную фантазию. Скажи мне, Джеймс, почему ты выбрал мою дочь? Что в ней такого было? Поговори со мной.