— Хорошо. Можете не беспокоится, я выполню свою работу. Возможность вывести сестру отсюда для меня очень важна.

— Но сначала закончим здесь.

— Да, вы правы, любую работу нужно доводить до конца. На связи — покидающий корабль парень крепко сжал небольшой осколок темного кварца.

— Мистер Джонс, ваш кредит погашен. Спасибо, что пользуетесь нашими доками. Напоминаю, срок оплаты закончится к завтрашнему утру.

Опрятный распорядитель примыкающего к докам жилого комплекса проводил стандартную процедуру — расчет с клиентом за использование жилых комнат. Стандартная процедура, стандартный клиент. Оплата была произведена полностью, хоть и перед самым выездом, что не могло не радовать.

— Нужна ли вам завтра помощь с выездом? Перенести вещи, возможно желаете пообедать?

— Нет, все уже сложено. Тяжелый день. Хочу нормально выспаться перед вылетом.

— Я вас понял, предупрежу обслуживающий персонал, чтобы не беспокоили утром.

— Спасибо.

Мужчина, уставшей, неспешной походкой отправился в свой номер. Зайдя внутрь, он суетливо закрыл двери. Активировал все замки и тяжело выдохнул. Заметно расслабился.

— Тяжелый день. Тяжелый, но продуктивный. Заслужил небольшое поощрение.

Косо улыбнувшись, Джонс круто развернулся в сторону минибара с напитками. Открыл, выбрал раздел «алкогольные напитки» на проснувшейся панели и радостно подцепил доверху наполнившийся стакан с алкоголем.

Сделанный глоток только закрепил стремительно поднимающееся настроение.

Легкая мелодия дверного звонка разорвала идиллию. Хорошее настроение исчезло вмиг.

Стакан аккуратно, но несколько нервно отставлен в сторону. Улыбка сошла, будто и не было ее никогда.

Тихие, крадущиеся шаги к двери. Активация маленького монитора у стены, рядом с дверью.

Появившаяся картинка показывала стоящую у двери и нерешительно переминается с ноги на ногу девушку. Одета она была в непонятный мешковаты то ли плащ, то ли балахон, закрывающий даже лицо. Но даже так, стройный стан и аккуратный беленькие ручки выдавали в гостье именно девушку, и скорее всего молодую.

— Я извиняюсь — не дождавшись ответа, гостья заговорила первой — мой знакомый из обслуги сказал, что вы желаете покинуть наш док в скором времени. Поэтому — она опять замялась — не желаете ли, возможно, получить более «расширенный» сервис?

«Какой чудесный голос» — первой закралась предательская мыслишка. «А почему бы и нет?» вторила ей вторая.

— Действительно — уже в голос, слащавым спокойным тоном, сказал мужчина — а почему бы и нет. Хороший отдых после хорошей сделки. Подождите — последнее было сказано уже спутнице — сейчас открою — и еще один быстрый взгляд по камерам.

— Вы не пожалеете — скорее пропела, чем сказала гостья. На видимой части ее бледного лица заиграла улыбка.

Двери тихонько открылись. Нежданная гостья почти что вплыла в помещение, такие плавные были ее движения. Глаза мужчины глядя на это нехорошо заблестели.

Двери закрылись.

— Не будем терять время, дорогуша. Мне еще нужно выспаться перед отлетом. Отдохнуть — Джонс хохотнул.

— Действительно, нужно поспешить.

— Ладно, снимай это все, погляжу на тебя, а там и до остального дойдем.

— Как пожелаешь, милый.

Плавное, но быстрое движение и взору открывается бледное, но неописуемо красивое лицо альвийки. Неестественно красивое.

— Боже…

У мужчины перехватило дыхание. В начале образно, но потом:

— Слушай! Меня! Раб! — но потом реально, стоило прозвучать команде.

Хорошая звукоизоляция комнат порой может сыграть злые шутки. Ни другие постояльцы, ни персонал не услышали ничего. В тоже время по всей комнате полопались все имеющиеся стеклянные изделия. Сам мужчина находился в шоковом состоянии. Он еще держался на ногах, но почти не дышал и не показывал никаких признаков адекватной реакции. Замер с остекленевшими глазами.

— Скажи мне! Скажи! Скажи! Скажи мне!

Тело гостьи наполнилось легким свечением. Одеяние колыхалось под невидимыми потоками воздуха, уже давно не напоминая бесформенный мешок, скорее легкое свободное платье.

— Я хочу это услышать, милый! Скажи мне! Расскажи все свои тайны! Самые темные, самые сокровенные. Грех, расскажи мне о своем грехе! Я чувствую его. Черноту в твоем сердце, твою гниль! Говори же быстрей, ведь я жду твоих слов!

Глаза парализованного мужчины закатились окончательно. Зрачки пропали, а из горла стал доносится натужный, нечленораздельный хрип.

— Расскажи мне! Покажи!

Правая рука Джонса конвульсивно дернулась, потом еще раз. Надрывных хрип стал еще громче.