– Не знаю. Я видел только лицо и руки. Вместо глаз черные пуговицы, я уже говорил об этом.

– А волосы?

– Было темно, но, по-моему, волосы светлые. Кудрявые.

Лицо девочки с пуговицами вместо глаз и белыми ладошками периодически возникало в Костиной памяти. Причем возникало в самые неподходящие моменты: на уроке, по дороге в школу, в лифте, при входе в подъезд. Как избавиться от наваждения Костя не знал, поэтому на визит к психологу согласился, не раздумывая. Правда, визиты эти оказались пустыми, толку от них никакого. Костя впал в отчаянье.

В свою комнату он, конечно же, перебрался, но спал исключительно с включенным светом и наглухо зашторенным окном и балконной дверью.

Прошло несколько месяцев, где-то в конце апреля Костя услышал на балконе шорох. Он уже проснулся, собирался в школу, к тому же на улице было светло, посему особого страха, приближаясь к балкону, Костя не испытывал.

Лицо девчонки появилось по ту сторону стекла так же неожиданно, как и в декабрьскую ночь. Костя отпрянул в сторону. И снова девочка с глазами-пуговицами провела белой ладошкой по стеклу.

В этот момент балконная дверь открылась, Костя попятился назад, но не удержался на ногах. Девочка прошла в комнату и начала на ощупь приближаться к Косте. Он отползал к двери, чувствуя, что движения даются ему с большим трудом.

– Где ты? Я тебя не вижу, – низким голосом сказала девчонка. – Я хочу отомстить!

Костя закричал и сумел выскочить из комнаты. Когда туда забежал отец, балконная дверь была закрыта, а возле порога лежала черная пуговица с двумя дырочками.

Именно такие пуговицы были на кофте кудрявой девочки, которую отец Кости насмерть сбил в конце прошлого лета, возвращаясь с дачи. Шел дождь, девочка возникла на пустынной дороге, словно из-под земли. Завизжали шины, на лице ребенка отразился испуг, послышался глухой удар. Отец Кости выскочил из машины, подошел к ребенку, но помощь уже не требовалась, И тогда он позорно сбежал с места происшествия, запомнив на всю жизнь светлые кудри и черные пуговицы с двумя дырочками.

Несколько месяцев спустя родители Кости продали квартиру, и семья перебралась в другой район. Костя вздохнул с облегчением, в его новой комнате нет больше балкона, и живут они не на втором этаже, а на восемнадцатом, и вообще, скоро страхи окончательно забудутся, выветрятся из памяти.

Но однажды ночью Костя проснулся от резкого стука. Кто-то стучался к нему в окно…

Баба Надя жила на пятом этаже в однокомнатной квартире. Соседи говорили, ей исполнилось сто или даже сто пять лет. Из квартиры она не выходила, с соседями перестала общаться лет пятнадцать назад, жила затворницей. Правда, изредка подходила к окну на кухне, с любопытством выглядывая во двор. Стоило кому-нибудь посмотреть наверх и увидеть морщинистое, обрамленное белыми волосами лицо, как баба Надя резко отстранялась от окна, задергивая старую занавеску.

Конец ознакомительного фрагмента.