– Ты меня оставляешь нянькаться со своими детьми, а сам в Чертоги? Ну ты хитер. Темная душа твоя, братец. Я бы предпочел с монстрами сражаться.

***

Покидая академию, я особо не переживал за Таиру, а скорее за Агросса. Боялся, что она вынесет ему мозг так, что он сровняет Алавер с землей. Брат не такой сдержанный, как я хотя, на первый взгляд, может казаться наоборот. Вернувшись в Чертоги, понял, что девчонка снова устроит мне бойкот. Опять я пропал, ничего ей не сказав, да и последняя наша встреча была так себе. Пока добирался до крепости, думал, как буду оправдываться. А еще обдумывал слова Агросса. Он спал с нареченными, а те, таинственным образом погибали. Значит ли, что Боги Стихий наказывали их, так как не могли наказать нас? Дело дрянь. 

Валар и Раил попивали вино. Давно не видел этих двоих вместе. Как говорят люди, «собраться по–семейному»?

– Ты вернулся? – Валар привстал с кресла, а я махнул ему рукой.

– Твои отношения с Агроссом стали какими–то напряженными, – брат замялся, и я понял, что угодил в точку. Скинув промокший камзол, уселся поближе к камину. – Он что–то замышляет?

– Он всегда думает о том, как вернуть былое время.

– То, когда мы оплошались как Боги? Или когда мы еще хоть какое–то величие держали?

– Ваал, ты же знаешь его. Он всегда будет пытаться вернуть все.

– Может, стоило бы прийти к чему–то новому, чем возвращаться к старому?

– Может...

– Что вы знаете о нареченных дочерях Богов Стихий? – братья явно не ожидали такого вопроса, что так и застыли, не успев поднести бокалы с вином к губам.

– С чего это ты вдруг таким заинтересовался? – удивился Валар. – Появилась очередная дива?

– Появилась, появилась. Ну так что?

– С таким вопросом тебе к Агроссу надо. Он, кажется, с ними общался, если можно так сказать.

– Ну да, и все они умирали таинственным образом, — ответил Раил.

– Откуда знаешь?

– У кого самая большая библиотека, Ваал?

– Я лишь нашел сведения, что было их шесть. Все умирали после двадцатой синей луны при неизвестных обстоятельствах. До этого жрица уже становилась Верховной. 

– И почему тебя это заинтересовало? — спросил Валар. Раил окинул меня взглядом, так как он знал, что очередная нареченная, моя ученица. Понял, что нет смысла отмалчиваться. Все равно и Агросс в курсе.

– В Академии четырех Богов Стихий учится нареченная дочь, – я смотрел на Валара, но тот ни капли не удивился, словно это не новость.

– И что тебя в ней так привлекло?

– Она не обладает магией, хотя в книге, что я нашел, было сказано, что каждая нареченная обладала одной стихией.

– И как маг без магии учится в магической академии? Это странно, – брат нахмурился, а Раил молча испил вина, и я решил тоже не отставать, забирая стоящий на столе бокал Валара. – Считаешь, она может быть связанна с этим снегом? Если уж она магией стихий не обладает, то это навряд ли. А её магическую энергию ты чувствуешь?

– Слабо. Еле ощутимо хотя силы в ней все равно какие–то, но есть.

– Ты что–то не договариваешь.

– Агросс остался в академии в качестве преподавателя, и яро желает получить очередную диву в свою коллекцию, — братья окинули меня недоумевающим взглядом. – Не смотрите на меня так. Да, я попросил его помочь. Нет у меня времени быть везде и всюду. Боги Стихий игнорируют меня. Это настораживает. Такие же высокомерные, как и Светлые. А Агросс что–нибудь да разузнает.

– А причем тут девчонка?

– При том, Валар. Она меня сильно интересует.

– Интересует или привлекает? – засмеялся брат, все таки понимая в чем дело. – Это на тебя не похоже. Девчонка, да еще и жрица–стихийница. Особенная, значит?

– Особенная.

– Зря ты свою особенную оставил Агроссу, – я усмехнулся словам Валара, вспоминая дерзкую, своенравную девчонку и свои нервы. Налил вина по бокалам, а сам приподнял бутылку с остатками.

– Помолимся Хаосу за нашего брата Агросса. Он еще не знает, что его ждет...

Я не любил Северные земли. Именно это место напоминало о собственных ошибках. Будь я более предусмотрительным, ничего бы не случилось. Кто вершит судьбы Богов не известно. Но я понял, что наша судьба явно не в наших руках. А вот люди, они другое дело. У них теперь есть право выбора. Выбора, которого никогда не было у нас. Хотя, возможно, и у нас он был. Просто, такие как мы склонны не замечать того, что перед нашим носом. Еще неделя и в мир придет великий праздник. Офирус накроет мрак на целые сутки. Сутки, которые могут вернуть нам силу.