У него не получится снова выставить меня безвольной дурой.

Он подходит ближе, не касаясь, смотрит мне в глаза, прерывая молчание:

— Почему ты сбежала из гостиницы? — я вижу он зол, хотя с чего бы это?

Но с другой стороны не понимаю, что он хочет услышать? Чтобы я ему озвучила то, что всем давно известно?

Что я как последняя шлюха изменила своему мужчине?

Что потеряла с ним голову, а когда пришла в себя поняла, что это ошибка?

Озвучить очевидные факты, что он женат, а я не хочу быть его любовницей?

Или то, что я вообще не должна была этого делать потому что предала своего будущего мужа и теперь не могу найти мужества признаться в этом?!

Я молчу. Опускаю взгляд в пол, разглядывая его идеальную обувь, не могу заставить себя перестать моргать.

Я не знаю сколько мы молчим. Андрей прерывает мой поток мыслей, берет меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза, наклоняется, чтобы поцеловать, я не даю этого сделать, отстраняюсь, даю ему пощечину. Ту самую, которую должна была влепить в лифте отеля в Санкт-Петербурге.

Андрей

Я потираю ноющую челюсть, и перехватываю запястья Дины, понимая, что она хочет врезать снова за мою вольность.

Мне хочется ржать, видя ее рассерженное лицо, не зло, а от души, потому что меня заводит эта непредсказуемость, гремучее сочетание строптивости и податливости в моих руках. Я же вижу, что чуть надави и Дина снова моя.

Притягиваю ее ближе, говоря:

— Динамо, одного раза достаточно, — наклоняюсь ближе к ее лицу, уточняю:

— Не надо меня обманывать я и так знаю, что твои губы только мои и только я могу целовать тебя так долго и много как я захочу, — смотрю хлопает глазами ничего не говорит.

А что тут, блядь, скажешь, если все очевидно: я отчетливо помню, как она дышала со мной одним воздухом и мы были единым целым.

— Андрей! — появление жены ломает наш интим с «динамо». Я так увлекся, что не заметил, как Ира возникла за моей спиной, вероятно, успев проследить траекторию моих передвижений.

Дина, задевая меня плечом покидает пространство открытой веранды, а я, провожая «динамо» взглядом, думаю о том, что хочу до одурения почувствовать ее «настоящие» не перекаченные всякой хуйней губы

— Что, Андрей потянуло на тело из прошлого? — едко интересуется жена

Перевожу взгляд на Иру, рассматривая при этом свою супругу с ног до головы: стоит отдать ей должное выглядит на отлично, побывав в руках опытных хирургов, теперь так просто красивая отшлифованная "сучка".

— Скорее на натуральность и естественность, — я спокойно поправляю ее

— Интересно, а что скажет твой юрист Егор, который много лет ведет твои дела? — жена удивленно приподнимает бровь, — если, вдруг, узнает, что ты делаешь намеки его спутнице? — мы оба понимаем, что это очень слабая угроза для меня

— Наверняка подумает что у меня "ебанутая" жена, — успеваю перехватить запястье Иры, до того как она соприкоснётся с моей щекой. Ира, сопротивляется, но я грубо прерываю ее протест, заявляя:

— Хватит я сказал!

— Признайся, ты уже переспал с ней, скажи? — пропускаю слова супруги, отодвигая от себя на некоторое расстояние, я слишком хорошо успел изучить все ее истерики и давно не ведусь на провокации типа "признавайся, я обо всем догадалась".

В начале нашей супружеской жизни я еще попался один раз на «слабо», но выводы сделал, сейчас мой цинизм уже не позволяет мне реагировать.

Да, я мудак, но я никогда не строю из себя «правильного» мужа и это лучшее доказательство того, что пока во мне есть что-то человеческое, на фоне развалин, в которых где-то глубоко валяется моя "идеальная семейная жизнь" придавленная истериками и обвинениями.

— Ир, а ты не "охуела" ли нести этот бред?! — складываю руки на груди, говорю с напускным безразличием, чтобы ее буйная фантазия прекратила воспроизводить картинки, добавляя, — лучше тебе закрыть рот сейчас, иначе это последний совместный прием, я тебе это обещаю,

— Конечно, тебе удобно чтобы я молчала и не говорила тебе правду! — жена включает "обиженку"

Разворачиваюсь и ухожу, к несчастью для Иры ее истерические вопли на меня не действуют. Раньше, может, добавляли перчинку и остроту в наши отношения, а теперь только раздражение.

Дина

Отсиживаюсь в туалете неприлично долго, что Егор меня начинает разыскивать, набирая мой номер. Отвечаю ему, что все в порядке, а сама стою у умывальника, чтобы успокоиться, набираю и снова сливаю в ладони холодную воду, я всегда так делаю, когда нервничаю.