Я бросился к рычагу, повторно опустил его вниз, а между скалой и рычагом сунул камень. Чтобы не сработал снова. Дверь снова поползла в исходное положение.

Сам же я торопливо скользнул в бункер и поманил за собой животное.

— Бочка, внутрь живо! — скомандовал я, махнув рукой.

Собака заметно волновалась, но заходить внутрь, почему-то не торопилась. Что это с ней? Как будто чего-то боится!

— Черт! Бочка! Бегом сюда! — рявкнул я, но пес снова не повиновался. Овчарка продолжала тревожно бегать туда-сюда, махать хвостом, но заходить упорно не желала.

Черт, что делать? Сдохнуть? Да я даже не знаю, что будет при перезагрузке. Рисковать? Вот дерьмо!

Махнул на нее рукой и бегом рванул вглубь бункера, решив переждать перезагрузку в одном из тех небольших помещений, где я нашел карту. Свет горел исправно, поэтому я направился в самое дальнее помещение, где кажется, был даже шкаф.

Я отошел к центру комнаты, буквально запрыгнул за угол. Прижался спиной к стене. Сам не зная чего ожидать, на всякий случай заткнул уши, закрыл глаза. И замер.

Прошло пять секунд, десять.

И все? Это перезагрузка?

Ничего страшного.

Поднял голову, открыл глаза и уши. Прислушался — вроде тишина. А нет, не тишина. Что-то скреблось, потрескивало и вздыхало. Непонятная смесь звуков, но явно биологического происхождения.

В основном помещении бункера что-то изменилось. Совсем незначительно.

Я тут же поднял автомат, снял его с предохранителя и приготовился, что придется стрелять.

Какого черта собака не стала заходить в бункер? Может, она знала то, о чем я даже не догадывался? Что-то страшное?

Черт меня за язык дернул — не прошло и минуты, как я в этом убедился.

Услышал приближающиеся шаги…

— Кто там? — громко крикнул я. — У меня автомат!

Шаги приближались. Какие-то они были странные.

А затем в дверном проеме показался человек. Точнее, то, что от него осталось.

Я ощутил сильный запах тухлятины.

Да и было с чего. То, что стояло в проходе, выглядело как человек, которого похоронили около двух недель назад. Только по какой-то причине умерший взял, да и вылез обратно. Вздувшаяся синюшная кожа, непонятная исковерканная фигура. Глаза белые, часть зубов отсутствуют. Грязная одежда, покрытая пятнами грязи и крови.

— Вэ-э-э… — Мертвяк Василий вскинул руки и, растопырив пальцы, направился ко мне.

У меня аж мурашки по спине пробежали, причем, каждая размером со слона. Мерзкое ощущение. Передо мной живой мертвец. Твари — тварями, а к такому я совсем не был готов.

— Ну, на хер! — пробормотал я и попятившись, уткнулся спиной в стол.

А затем поднял автомат и нажал на спуск.

Громыхнул выстрел.

Пуля попала в грудь мертвому Василию, чавкнула. Выбила фонтанчик брызг. Но противник даже не обратил на это никакого внимания, а просто пошел дальше, вытаращившись на меня жуткими белыми глазами. И тогда я поднял ствол выше, дал два одиночных в голову.

Брызнули кровавые брызги.

Василий что-то булькнул и рухнул на спину, вяло дернул ногами и заурчал.

— Значит в голову? — спросил я, но ответ мне был не нужен.

Шагнул к нему, выстрелил еще раз, прямо в лоб. Субъект затих.

Уже обрадовавшись, я перешагнул через дурно смердящее тело и вышел в основное помещение бункера и охренел.

Их было еще восемь.

И каждый был сотрудником бункера. Охранником. Делопроизводителем., грузчиком.

Что тут думать? Они всем скопом двинулись ко мне!

Нужно действовать!

Я стрелял одиночными им точно в головы, стараясь не подпускать мертвяков близко. Кому-то хватало двух-трех пуль, а кому-то и пяти было мало.

К счастью, все мертвецы были крайне медлительны и очень глупы. Все их действия — вскинуть руки и что-то булькая, идти ко мне. Цель одна — сожрать живого. Зачем мертвым жрать?