— Прости, не понял — сказал Шеварднадзе

— Комсомол и пионерия не справляются, значит надо создавать что-то еще. Любое действие рождает противодействие. Если есть те, кто пошел по скользкой, воровской дорожке — значит надо, чтобы были и те, кто будет драться с ними. Драться в прямом смысле слова. Бригады помощи милиции. Милиция — если она заинтересована в наведении порядка — должна взять на себя работу по организации отпора малолетним бандитам там, где они есть. На улицах, в парках, на танцах, во дворах — везде.

Идея эта у меня возникла, когда я вспомнил романы Корецкого. Там у него была в одном из ранних романов "четверка шерифов" — молодых людей, которые занимались карате и по вечерам сами выходили патрулировать город. Отрабатывать свои навыки в реальных драках, но вместе с тем и помогать людям не стать жертвами бандитов.

Вот убей — не пойму, а что в этом плохого? Корецкий изобразил это так что этого надо стыдиться — а я не понимаю, почему. Ну, нет никакой возможности остановить зло добрыми словами и положительным примером. Можно только силой.

Наверное, я больше американец уже, чем русский.

Шеварднадзе явно не понял сказанного.

— Погоди Михаил. У нас есть комсомольские оперотряды, но…

— Мало значит — есть.

— Вся эта бандитня малолетняя не должна чувствовать себя хозяевами нигде. Только начали хвост поднимать — заломали и в отделение. Пусть милиция берет на себя роль организатора, есть много отставников, пусть с пацанами занимаются. В армии есть Суворовские училища — а в милиции почему такого нет, где брать кадры?

— Вы и организуйте. Дайте почин, покажите пример. Центр вас поддержит. Пусть даже какие-то инциденты будет, это все равно лучше, чем гуляющая в учебных заведениях наркота. Это первое. Второе — по ситуации с взрослыми. Я буду выходить на Верховный совет, будем усиливать борьбу с преступностью и наркоманией. За торговлю наркотиками введем смертную казнь, за любое преступление в состоянии наркотического опьянения — срок будет по максимальной планке. Еще пересмотрим составы по организованной преступности.

Шеварднадзе явно считал, что я перегибаю палку — но сказать этого не смел. И слава Богу может ему и не доведется увидеть сторчавшуюся Грузию девяностых [30] .

— Эдуард…

— Я не хочу сейчас искать виноватых. Виноваты в том, что происходит все понемногу, и если отвечать, то отвечать всем. Но здесь и сейчас надо принять решение — или ты готов придумывать себе и другим оправдания, мол, всегда так было, и никогда по другому и ничего не сделаешь с этим. Или вступить с этим со всем в бой и не отступать, пока этих, кто детей делает ворами и бандитами в землю не загнать, пока на улицах снова спокойно не станет. Центр вас поддержит, но только если вы будете наводить порядок. Нормальный, а не для галочки. Ну?

Я протянул руку, Шеварднадзе секунду поколебавшись, ее пожал

— Договорились, значит

— Мне одно покоя не дает, Михаил Сергеевич…

— Эти твои бригадмильцы. Получается… мы считай детей на передовую бросаем.

— Так они и так на передовой

— Да, но… есть же сущие бандиты. Отец судимый, брат, дядя судимый — как с таким справиться?

— Как? А как пионеры в тридцатые справлялись? В двадцатые, в тридцатые — там и кровь лилась. Как?

— Пора вспомнить, что галстук — он цвета крови. И если ты не готов пролить за него свою — зачем ты его тогда носишь?

По пути домой Шеварднадзе никак не мог прийти в себя. Он все больше убеждался в том, что говорил не с Горбачевым, а с другим человеком.

Горбачева он знал неплохо. Еще по комсомолу, потом — Грузия и Ставропольский край считай соседи, и друг у друга они были не раз. Михаила, ставропольского комсомольского вожака он знал — и человек, встретивший его в Кремле — им не был.

Манера говорить совсем другая. Он знал обычные приемы ораторов — тут совсем другие. Образ мыслей другой!

Откуда взялись очки с затемненными стеклами — как в свое время носил Андропов?

Нет… что-то не так, нет.

Шеварднадзе понимал и то, насколько опасны предложения нового генсека. Грузия не Россия, тут нет того что не было бы личным. Если у кого-то дети будут играть в воров, а у кого-то в милиционеров — доиграются до гражданской войны.

Просто так это выкручивание рук на дискотеке не пройдет. Кровью умоемся.