— Еще одна не в меру ушастая и не в меру глазастая, — констатировал профессор с долей одобрения. — Полагаю, миссис Хартвик решила пообщаться, не так ли? Она умеет… говорить верные вещи верным людям.

Я не стала ни подтверждать, ни отрицать правоту слов преподавателя. Вообще, это было мое любимое правило: не знаешь, что сказать — лучше молчи, умней покажешься.

Тяжелым взглядом меня буравил Уильям Лестер. Или не тяжелым, у него всегда в глазах стыло какое-то особенно свинцовое выражение, мрачное.

— Вы ведь хотите что-то у меня спросить? — как ни в чем не бывало осведомился у меня декан. — Не стесняйтесь, мисс Уорд. Спрашивайте. Если я смогу на что-то ответить, я отвечу.

Предложение было чертовски заманчивым, настолько заманчивым, что отказаться от него не было никакой возможности.

— Это Тайлер убивает? — выпалила я первое, что пришло в голову, но определенно самое важное.

Декан улыбнулся.

— Что скажешь на это, Уилли? — переадресовал мой вопрос приемному сыну профессор Дин Лестер.

С убийственной серьезностью Уильям Лестер выдал свой безоговорочный вердикт:

— Определенно не он. Кай просто мелкий пакостник, который думает, что он крупный.

Мне хотелось продолжить допрос преподавателей, однако кожей почуяла, что лимит откровенности на сегодня исчерпан, хотя и можно было попробовать…

— Это профессор Бхатия — покровитель Дуэйна Мёрка?

Лестеры синхронно переглянулись и синхронно же пожали плечами. «Без комментариев» не было сказано, но этого и не требовалось. Видимо, информацию о профессоре Бхатия, можно получить только непосредственно у самого ректора. Но уже и того, что сказали о Тайлере с избытком хватило для облегчения.

Но если непричастен Тайлер, то кто же убийца? Все-таки Мёрк или кто-то еще?

На лекциях и семинарах Кай против обыкновенного старался забиться в угол и вообще ни на кого не смотрел. Даже на меня. Хотя наши с Тайлером попытки воспламенить друг друга взглядом уже перешли в разряд славных традиций.

Чем же так сильно могла напугать этого прохвоста тренировка с деканом? Как будто те советы, которые профессор Лестер давал Тайлеру… как будто они что-то значили. Что-то очень важное.

Почему я не могла сработаться с Каем без этих изменений? Почему Дин Лестер знал, как поступить с новеньким, а его приемный сын ничем помочь не мог?

Перед глазами мелькнула ладонь.

— Земля вызывает Эмс. Земля вызывает Эмс, — в самое ухо пробасила Гарриет.

Пока я ломала голову над тем, какая именно история разыгрывается между Лестерами и Тайлером, совершенно не обращала внимания на людей вокруг, однако люди вокруг на меня внимания обращали, да еще как.

И им категорические не нравилось, что я витаю в облаках.

— Эмма, что с тобой творится? И почему вы с Тайлером разбежались по разным углам? Публика жаждет развлечений! — продолжила тормошить меня Гарри.

Отстала только после того, как вошел преподаватель. Первый раз обрадовалась началу занятия. Рассказывать подробности… вроде бы нужно было. Наверное, нужно было.

К этому моменту патрули, обыски и допросы стали как будто неотъемлемой частью университетской рутины, и никому уже даже в голову не могло прийти, что день начнется без суеты людей в форме, над головами которых как пули проносились грозные выкрики женщины в черном, Дафны Бхатия.

Хуже всего приходилось некромантам: у них, кажется, не было ни единого помещения на факультете, которое бы не перетряхнули сверху-донизу. И судя по кислому выражению на лице ректорской жены, а заодно появлявшейся рядом с ней миссис Хартвик, ничего похожего на улики среди мастеров смерти не обнаружили, хотя, если верить жалобам Джона, полицейские обыскали все, от пола до потолка и просочились в каждую щель. Разумеется, попутно расколотив много ценного оборудования и попортив кучу «материала».

Хотя я никак не могла додуматься как и почему понадобилось лезть к трупам в мертвецкой. Однако, судя по целеустремленности полицейских, они не просто так копались в останках. Наверняка рассчитывали обнаружить нечто важное. И что именно?

Здравый смысл подсказывал, что полиция, скорее всего, пришла к тем же выводам, что и я: некроконструкт номер два собрали прямо под носом. Именно новенькое творение современной магии смерти стало орудием убийства второй жертвы — бедолаги Элиота, в этом не было сомнений. Почти не было, конечно. Все-таки я не специалист.