– Ничего о таком не знаю.

– Видели ее с каким-нибудь парнем?

– Только с ее одногруппником. Этот парень постоянно возле нее околачивался. Не знаю, как его зовут.

– Как думаете – у них были отношения?

– В смысле, романтические? – Лиам смеется. – Исключено.

– Почему это?

– Если бы вы его увидели, не стали бы спрашивать. Парень – здоровенный увалень, настоящий жиртрест. Тэрин наверняка из жалости позволяла ему быть рядом. Другой причины даже в голову не приходит.

– У меня есть пара подсказок. Дружба? Или он интересная личность?

Лиам фыркает:

– Ага, конечно.

Он уверен в своей неотразимости, и самооценка у него явно зашкаливает, так что ему трудно представить, что его могли заменить на какого-то увальня. Фрэнки приходит к выводу, что ей все-таки не нравится этот парень.

– Лиам, как по-вашему, почему Тэрин покончила с собой?

– Не знаю. – Лиам трясет головой. – Как я уже сказал, мы давно не контактировали.

– Она была вашей девушкой. Вы начали встречаться еще в средней школе. У вас должны быть какие-то догадки.

Лиам на секунду задумывается. Но только на секунду, не дольше. Как будто над этим вопросом вообще не стоит ломать голову.

– Я действительно не знаю. – Он смотрит на свои часы «Эппл вотч». – У меня встреча через двадцать минут. Мы закончили? Вопросов больше нет?

– Какой же он говнюк, – говорит Фрэнки Маку за ланчем в столовой полицейского управления Бостона.

– Дерьмо идет в комплекте со званием «золотой мальчик». Я в детстве-юности сталкивался с такими типажами. Самодовольные, надменные придурки. Считали, что они особенные, а на самом деле просто выиграли в генную лотерею, и ничего больше. Я бы и сам не отказался от парочки таких генов.

– А что не так с твоими?

– Мы сейчас не о моем диабете, розацеа и мужском, соответственно, облысении?

– Не думаю, что розацеа – генетическое заболевание, Мак.

– Нет? Ну я как-то умудрился перенять ее от матери.

Мак подносит ко рту сэндвич с сыром и ветчиной и откусывает солидный кусок. Учитывая его вес и гипертонию, сыр и ветчина ему не рекомендованы, но этот сэндвич – настоящее искушение по сравнению с салатом «Цезарь», который заказала себе Фрэнки. Объективности ради стоит заметить, что Фрэнки не любительница салатов, но утром она мельком увидела свое отражение в женском туалете, и это отражение послужило подтверждением того, о чем ей давно намекал ремень на брюках. Пока брюки не перестанут давить, салаты будут ее спутниками. И еще до тех пор, пока она не перестанет морщиться, увидев себя в зеркале.

– Ну и какие планы на вечер? – поинтересовался Мак.

– Думаю, телевизор и постель. – Фрэнки смиренно цепляет вилкой лист салата ромен и без энтузиазма отправляет его в рот. – Почему спрашиваешь?

– Если планов нет, у Пэтти имеется кузен.

– Понятное дело, имеется.

– Ему шестьдесят два, хорошая работа, дом. И ни судимостей, ни приводов.

– Какой молодец, прям выигрыш в лотерею.

– Пэтти считает, что он должен тебе понравиться.

– Я вышла из игры, Мак.

– И не подумываешь снова выйти замуж?

– Не подумываю.

– Серьезно? Плохо ли возвращаться вечером домой, где тебя кто-то ждет? Кто-то, с кем хорошо встретить старость?

– Ладно, ты прав. – Фрэнки опускает вилку на тарелку. – Я думаю об этом. Но на данный момент у моей двери не толпятся всякие там Ромео.

– Кузен Пэтти и правда симпатичный парень, и она ну прям очень хочет вас познакомить. Можем обставить все по-простому, типа двойное свидание с пивом и бургерами. Если почувствуешь, что невмоготу, маякнешь мне и можешь сваливать.

Фрэнки берет вилку и с отсутствующим видом передвигает по тарелке лист салата латук.

– Этот ее кузен в курсе, что я коп?

– В курсе, она ему сказала.

– И все равно не против со мной познакомиться? Обычно это знание для них как щелчок по лбу.

– Пэтти говорит, он любит сильных женщин.

– И с огнестрельным оружием?

– Просто не размахивай им у него под носом. Будь собой, ты ведь душка, и все будет прекрасно.

– Ну, не знаю, Мак. После последнего свидания вслепую…

– А знаешь, почему оно прошло хреново? Потому что его устроила твоя дочь, а ты пошла у нее на поводу. Черт, кому вообще придет в голову знакомить свою мать с барменом?

– Ну, вообще-то, он был очень даже секси. И делал отличный мартини.

– Начинать всегда надо с прошлого. – Мак склоняет голову, как будто отвешивает поклон. – Да, можешь не благодарить. Я проверил, с биографией кузена Пэтти полный порядок.

Полный порядок. И когда этот порядок был для Фрэнки качеством, которое она надеется обнаружить в мужчине? Учитывая, что она, прежде чем довольствоваться приемлемым вариантом, еще надеется пережить гормональные всплески и всякие там учащенные сердцебиения.