— Итак, вы, ребята, женитесь? — спрашивает Зак, смотря на её обручальное или помолвочное кольцо.

Давайте предоставим Заку возможность задавать самые неловкие вопросы в комнате.

— Дата пока ещё не назначена, — отвечаю я вместо Джиа, так как она говорила за меня всю ночь.

— Итак, вы с Гвен всего лишь друзья? — спрашивает Уилл, и его слова буквально пропитаны сарказмом.

Чувствую, как желудок делает кувырок. Какого чёрта он делает?

— На самом деле, очень хорошие друзья, — отвечает Зак и прищуривает глаза, глядя на дразнящую ухмылку Уилла.

Уилл сжимает челюсть. Зак умеет читать людей и находить ту единственную вещь, которая выводит их из себя. Понятия не имею, зачем он решил вывести из себя парня, с которым остаётся ночевать, но стреляю взглядом в Уилла, чтобы тот оставил тему.

— Эта свиная отбивная просто изумительна, Гвен, — вмешивается Джиа.

— Да, малявка, ты действительно круто готовишь. Думал, что ты только брауни готовишь хорошо, — говорит Зак.

Невольно смеюсь. Лицо Уилла напряжено до предела… Боже.

— Я люблю брауни. Они такие вкусные, — ничего не поняв, отмечает Джиа.

— Да, брауни Гвен особенные, — снова произносит Зак и ухмыляется.

— Успокойся. Здесь нет идиотов, — холодно произносит Уилл. Он смотрит на Зака, который примирительно и со смехом поднимает руки.

— Что? Я не понимаю, — спрашивает Джиа.

— Он говорит о брауни с марихуаной, Джиа, — раздражённо отвечает Уилл.

Глаза сестры расширяются, прежде чем она неодобрительно смотрит на меня.

— Эй, она уже давно не прикасалась к этому. Кроме того, это всё естественно… — Зак углубляется в историю марихуанны и причины, по которым её запретили, и вовлечённую в это политику.

Могу наизусть повторить все его аргументы, так как слышала их столько раз. Его это действительно увлекает, а Джиа внимательно слушает и кажется впечатлённой. Друг довольно хорошо выражает свои мысли, когда хочет этого.

— Ну, по крайней мере, ты хорошо осведомлен. — Сестра улыбается, и я вижу, как её мнение о Заке меняется.

Уилл закатывает глаза.

— Извините меня. — Он поднимается и направляется на кухню.

Я тоже извиняюсь и ухожу. Скотт на кухне, пьёт газировку у холодильника.

— Эй, в чём проблема?

Он смотрит на меня, такого взгляда я у него ещё не видела. Он злой. Его щёки раскраснелись, а глаза сужены.

— Это твой друг — маленький самодовольный наркоша?

Я искоса смотрю на парня.

— Вау, не могу поверить, что ты такая задница. Ты даже не знаешь его.

— Я знаю достаточно. Он недостаточно хорош для тебя, — слишком громко отвечает Уилл.

Я в неверии смотрю на него.

— Ты сейчас серьёзно? Он приехал сюда не с предложением руки и сердца. Он мой друг, и я забочусь о нём. Так что больше не смей говорить о нём что-то обидное, или мы не будет друзьями, — резко выпаливаю я, прежде чем развернуться к выходу.

Парень хватает меня за руку, и желудок делает кувырок. Он разворачивает меня к себе. Смотрю на него, под ложечкой засосало, и выражение его лица смягчается.

— Прости, — говорит Уилл со щенячьими глазами.

Смотрю, как он держит меня за руку, наши взгляды не отрываются друг от друга. Парень подходит ближе ко мне, и моё сердце пропускает удар. Мурашки пробегают по всему телу, а дыхание замедляется. Он чувствует это? Или это только я? Когда взгляд Уилла падает на мои губы, и он облизывает свои, у меня такое чувство, что скоро умру. Но потом он отпускает мою ладонь и выражение, которое, как мне казалось, я поймала в его глазах, уходит.

— Я стану лучше, — тихо произносит он перед тем, как оставить меня на кухне с сердцем, брошенным на полу.

Возвратившись за стол, Уилл ведёт себя действительно лучше, его ледяное поведение тает. Он больше вникает в разговор за столом, но я сижу тихо. Моё сердце перебралось из кухонного пола в моё горло, мысли все ещё сосредоточены на недавно произошедшем. Уилл и Зак нашли общий интерес в классовой системе в стране… и в фермерстве, как бы странно это ни было. Оказывается, дядя Уилла, брат матери, держал ферму, и лето, проведённое с ним на ферме, стало лучшим летом в его жизни. Биологический отец Зака — фермер, и парень рассказывает, как там мирно и сколько удовольствия приносит работа на ферме.

Джиа поднимает взгляд и смотрит так, словно у парней выросли ещё десять голов.

— Не понимаю, почему кто-то захотел бы этим заниматься. Вы, ребята, на своей волне, — смеётся сестра.

Зак с ухмылкой пожимает плечами.

— Это не для всех, но не суди, пока не попробовал.

Она качает головой.

— Нет, это не по мне. Животные, дерьмовые заработки, жить в непонятно какой глуши…

Задаюсь вопросом, видит ли она разочарование на лице будущего — ну, вероятно, будущего — жениха. Мысли перескакивают на ту ночь, когда Уилл подбросил меня к родителям и как он спрашивал, жила бы Джиа на ферме или нет.