В прошлый раз мы рассказали о том, как Цао Цао, под предлогом мести за отца, атаковал процветающий город Сюйчжоу. Но на помощь пришел Лю Бэй, который направил Цао Цао послание с просьбой оставить город. Кто бы мог подумать, но Цао Цао действительно отступил. Однако он покинул Сюйчжоу вовсе не из-за письма Лю Бэя, а из-за совершенно иного донесения, в котором говорилось, что, пока Цао Цао отсутствовал, Люй Бу уже захватил Пуян и прорывается к малой родине Цао Цао – Яньчжоу. Оказавшийся в руках у Люй Бу Пуян был самым крупным городом поблизости от Яньчжоу, значит, опасность грозила всей области. Именно поэтому Цао Цао решил немедленно вернуться домой.

Надо сказать, что Цао Цао был невероятно искусен в военной стратегии и хитростях, поэтому он решил атаковать лагерь Люй Бу в грозовую ненастную ночь.

И время пришло. Ветер нагнал грозовые тучи, наступил полный мрак, черные как смоль деревья клонились до земли под порывами ветра. Время от времени в небе сверкали молнии, гремел гром, начался ливень. Цао Цао выжидал в кустах около лагеря прямо под носом Люй Бу.

Но вот ветер потихоньку стих, дождь прекратился. Цао Цао вскочил на коня и огляделся. В бликах бледной луны он увидел одиноко стоящую белую палатку Люй Бу. Конь Цао Цао, казалось, понимал, что на душе у хозяина, он смирно встал, чуть подрагивая ноздрями.

– Докладываю! Мы прочесали всю округу, засады нет! – Подоспел с донесением один солдат.

Тут прибыло другое донесение:

– Докладываю, осмотрели лагерь, все тихо, все спят!

– Прекрасно! Всех перебить! – Глаза Цао Цао так и засверкали. – Перебьем всех подчистую!

Следуя приказу, лошади сразу же перескочили заросли кустарника; раздался сигнал к бою, прервавший повисшую в воздухе тишину.

– Всем конец! Вперед! – С криками армия Цао Цао, как снежная лавина, обрушилась на лагерь. Люй Бу и его спящих солдат застигли врасплох. Они спешно надевали латы, но было поздно… их всех перебило внезапно нагрянувшее войско Цао Цао.

Это была легкая и быстрая победа.

– Позарились на мои владения, теперь сами на себя пеняйте! – Цао Цао вернулся в свою палатку, налил себе чашу вина и стал медленно пить, покрякивая от удовольствия.

Но, сделав всего несколько глотков, Цао Цао вдруг поперхнулся: до него донеслись удары в барабан, говорящие о готовящемся наступлении.

– Что? Как? Идет Люй Бу! Что такое?! Как это возможно? Я все осмотрел, никаких засад! Неужели кто-то донес ему? Не может быть!

Услышав вопль: «Поднимайтесь, уходим, лагерь окружен!» – Цао Цао и глазом не моргнул. Однако, когда он выскочил из палатки, до него донеслись крики:

– Он здесь, Цао Цао здесь! Скорее убейте его, генерал пообещал щедрую награду за его поимку!

– Награда тому, кто поймает Цао Цао!

– Награда за поимку Цао Цао!

От этих криков, словно в страшном сне, у Цао Цао по спине забегали мурашки. В лагере враги, нужно бежать. Вороной конь Цао Цао, как черная молния, метался посреди огней – со всех сторон наступали враги и окружили его. Что же делать?

– Кто же теперь спасет меня? – в отчаянии воскликнул Цао Цао.

– Я, Дянь Вэй, к вашим услугам! – послышался ответ.

Цао Цао огляделся и увидел стоящего перед собой громадного человека со сверкающими глазами. В руках силач держал две могучие секиры с острыми наконечниками и лезвиями по обе стороны древка. Закрыв собой Цао Цао, он повалил несколько человек, другие в страхе расступились, не смея подойти.

«Дянь Вэй! Так это же тот самый Дянь Вэй!» – Цао Цао не скрывал своей радости. Так им удалось прорвать окружение.

Кто же такой этот Дянь Вэй? Это знаменитый смельчак. Все в Поднебесной слышали историю о свирепом тигре-людоеде, которого в одиночку поборол Дянь Вэй, да так, что и зубов от него не осталось…

Но вернемся к нашей истории. Дянь Вэй яростно расчищал путь для отхода Цао Цао. Отражая сотни ударов, он ловко и проворно орудовал секирами, приговаривая:

– Подходи! Давай! Сейчас я вас одним махом!

Никто из вражеской армии не ожидал такого натиска, и солдаты стали в страхе разбегаться. А преданные Цао Цао воины, прикрывая Цао Цао, шли по кровавым следам Дянь Вэя.

Так прошла ночь, и наступило утро. Время подходило к полудню, но накал страстей не ослабевал, бой продолжался уже двенадцать часов. Силы противоборствующих сторон были на пределе, но никто не смел заканчивать сражение – все ждали приказа главнокомандующего Люй Бу, который до сих пор так и не появился.

– Генерал Дянь Вэй, вы еще держитесь? – спросил Цао Цао.

Дянь Вэй сорвал доспехи, вся его одежда пропиталась по том и кровью. Однако на вопрос Цао Цао он, не смутившись, бодро отозвался, как и в первый раз:

– Я к вашим услугам!

– Хорошо, если на этот раз мы одержим верх, куда я – туда и ты! – Цао Цао не смог сдержаться от нахлынувших на него чувств благодарности.

Дянь Вэй, чуть улыбнувшись, вытащил из-за пояса множество топориков с заостренными наконечниками, взял их промеж пальцев, взмахнул рукой, и они засверкали в воздухе серебряными лучами. Не успев опомниться, нападавшие тут же попадали с лошадей. От точных ударов Дянь Вэя ряд за рядом падали солдаты, стоявшие у них на пути.