— Нет! Вы чего?! — воскликнул, изображая праведный гнев. — Мне действительно нравился наш директор. Очень жаль, что он вдруг исчез.

— Да, это так. У меня нехорошее предчувствие. Я тебя понимаю, — промямлила наша училка.

— Погодите, спокойно, — оборвала ее Эмма. — Вы не знаете, на что этот способен.

Последнее относилось ко мне. Надо было доказать искренность чувств. К тому же, самому было весело… Не возвращаться же к тупому уроку?

Так вот, я изобразил возмущение словами Аркадьевны, резко встал с места и толкнул речь. Наверное, самую пламенную в моей жизни.

Сначала для верности всхлипнул. Получилось вполне органично. Тем более, от смеха реально потекли слезы. Дальше я открыл рот, но осекся, вроде как от волнения. Лишь потом начал громко вещать.

— Зачем эти подозрения, госпожа Эмма? Роман Георгич был близким мне человеком. Благодаря его стараниям я получил все, что имел до сегодняшнего момента. Он мог быть мягче и нежнее, оказавшись сегодня другим. Но он выбрал иную дорогу, отправившись в неизвестность.

— Погоди, Марк, но господин вроде не умер, — поправила наша училка.

— Да! Он действительно жив! — вскрикнул я. — В любом случае, частица его тепла могла быть в каждом из нас. Несмотря на все, я рад, что оболочка этого человека треснула в последний момент. И он вырвался за рамки той мясорубки, которую преподносит нам подчас наша жизнь. На этом закончим. Аминь.

На меня стали пялиться, как на сумасшедшего проповедника. Кто-то даже зааплодировал. Училка поднесла к глазам носовой платок, а Эмма прищурилась, глядя на меня как-то странно.

— Лесовский? — после паузы процедила она. — Ты… правда что ль так считаешь?

— Что? По мне разве не видно? — обиженно простонал я.

— Нет… то есть да. Просто… Ладно.

После этих слов Аркадьевна обратилась ко всем школьникам.

— Так, с этим ясно. Если кто видел Романа Георгиевича, прошу сообщить лично мне или другому преподавателю. Надеюсь, он найдется живым и здоровым. Господи, и почему с хорошими людьми так бывает?

Дальше Эмма ушла, а урок стал еще скучнее. Сегодня не было каких-либо важных событий. Правда, на обед давали котлеты. И я со смехом представлял, что было бы если… Ладно, это уже не важно.

Прошло еще пару дней беззаботной учебы. Меня пару раз спрашивали насчет Георгича, но вскоре все отвалили.

Я жил своей жизнью, избавившись от старых проблем. Больше никто не смел косо пялиться в мою сторону, не говоря уж о чем-то еще.

Конечно, это победа. Можно было жить и не париться. Но есть одно «но», точней сказать, целых два.

Бойцы мне пока что не мстили. А это очень уж странно. Не может мощная группировка оставить в покое мелкого дятла, который им насолил. Конечно, они очканули, не ожидав такого отпора. Но война — это не одна битва, а череда сражений. Значит, надо быть наготове, прорабатывая планы защиты.

Это еще не все. Слежку с нашей семьи никак не снимали. Бомжи крутились по-прежнему, думая, что их незаметно. Никто не будет следить просто так. Рано или поздно должно что-то случиться. Вот и вторая угроза, к которой нужно готовиться.

Размышляя об этом, я плелся по коридору для заполнения каких-то бумаг. Сказали, что меня вызвала заместитель директора. Она во всем помогала Георгичу и была почти не видна.

Скорей всего, будет допрашивать. Возможно, попробует надавить. Ничего, ее точно отправлю на фарш. У меня разговор короткий.

Хотя, может, зря загоняюсь? Вдруг реально простая формальность? Это надо выяснить прямо сейчас, другого выхода нет. Все лучше, чем сидеть на уроке. Если что, отобьюсь.

Я шел по мрачному коридору без особой опаски. Кабинет дамочки находился у черта на рогах. Такое чувство, что директор специально ее отсадил, чтоб она не мешала.

Прошел почти что все здание, а дверь с нужным номером не показывалась. Может, я не расслышал? Хотя, давно выработал привычку воспринимать информацию с первого раза. Ладно, если что вернусь на занятие.

Забравшись в самую глушь, я замедлился. Появилось нехорошее чувство. Что если тут…

— Привет, Марк. Тебя, кажется, так зовут? — раздался бодрый и дружелюбный голос.

Я резко обернулся. За спиной стоял парень, видно из моего сектора. Тоже такой же нищеброд, как все мы.

— Здорово. Да. Что, решил прогуляться? — подмигнул я.

— Ага, а ты тоже к госпоже Вельде?

Ясно, так зовут завуча. И он только что от нее. Что ж, интересно…

— Ну, да. Меня вызывали, — сухо бросил в ответ.