— Оно сделает меня нагибатором?

— Оно даст толчок, а дальше зависит не от него.

После этих слов Герман приказал мне встать и атаковать его магией. Я сделал то же, что с бойцами и другими мудаками, с которыми дрался в последние дни.

Герман был мощно прокачан. «Потрогать его мозги» просто не выходило. Вместо того чтоб хвататься за голову, он всего лишь смеялся.

Это жутко бесило. Я пробовал снова и снова. Никакой особой мощи не появилось. Зелье оказалось просто водой. Или нет…

Тошнота почти что не ощущалась. Истощение не наступало. Эта хрень смягчила отдачу, сделав меня выносливым.

Да и Герман был не таким уж уродом, каким казался недавно. Он начал давать советы, ценные указания и… трындюля. Последнее с помощью магии.

На меня сыпались телепатические лещи, от которых бесился, желая порвать эту скотину.

— Ну, соберись, недоумок! Не выставляй руки, будто теребишь коню яйца! В полную силу. Только в полную силу. Эрия не терпит мягкости, — вопил он.

— Эрия, твою мать! Да хоть эрекция, сука! — в конце концов, взревел я.

В магического преподавателя полетел совсем не магический стул. Герман грохнулся в угол, потом ахнул и скинул с себя «мой снаряд».

— Мерзкий сопляк! Я пытаюсь научить тебя истине! — рявкнул Герман, вставая на ноги.

— Что?! — удивленно пожал плечами. — Это новый вид силы. Стулкидания называется.

Герман только поморщился. Я упал на колени, ощутив, что башка разрывается. Жуткое чувство длилось пару секунд, но мне хватило и этого.

— Ладно, ты конечно, щенок. Но не полное ничтожество. Это радует, — подытожил мой темный учитель.

Мы потренировались ещё немного. Потом пили восстановительный отвар и болтали. Я узнал кое-что о принципах работы эрии. Походу, это черная магия, но не такая как в старых сказках. Она не уничтожает живое, а скорее является отражением светлой силы. Темным, но не жутким и гадким.

Мало кто владеет такой энергией, а ещё меньше тех, кто делает это нормально. Эрия почти не изучена. Официальная наука считает ее отбросом в сравнении с простой магией.

Потому большинство всех приборов показывают магические потоки. Одаренные эрией часто ущемлены в правах, пока их дар полностью не раскроется. Так что мне не особо-то повезло. Единственный плюс в том, что эрический дар часто сильнее магического. Но преимущество ещё надо развить.

Занятие длилось около часа. Выходит, первый урок пошел к черту. Герман сказал, что этого мало. Возможно, и второй час учебы я тоже профукаю.

А это… все хрень собачья. Потому что на учебу я, в любом случае, ложил болт.

— Отдохни. Потом я вытащу твой мозг через нос, — в конце концов, сказал Герман.

— Фух… Ну и шуточки у тебя, — выдохнул, чувствуя смертельную усталость.

Обессиленно плюхнулся на стул. Стал искать, что бы выпить. Но как назло «чаев с кофеями» тут не было. Видя это, граф улыбнулся. Наверняка думал, что я стану просить.

Сдержал себя, чтобы это не делать. Потом пещера вдруг затряслась. Не сказать, что прям сильно, но вполне ощутимо. Предметы на полках и в нишах запрыгали. Цепь слегка зазвенела.

Может, этот крендель живет в канализации, где-нибудь возле метро? Нет, все серьезнее. Я понял, что дрожь идёт от черного камня. А странная дрянь из него выделяется все сильнее.

Непонятно, к чему это все, но инстинкты подсказывали, что хорошего тут маловато.

— Эээ, брат, твоя хата танцует, — произнес я.

Герман не обратил внимания. Он резко подпрыгнул на месте. Дальше бросился к ближней нише, выхватил от туда свиток желтоватой бумаги, вместе с ним кристалл темно-синего цвета.

Глаза Германа бегали. Его холодное лицо выражало ужас. Не думал, что этот истукан может так испугаться.

— Эй, постой, ты чего?! — выпалил я.

— Рано тебе ещё знать! На сегодня закончим, — сбивчиво прокричал Герман.

— Стой, может, чем помогу? Небо на землю падает или что? — спросил я.

И правда, все было странно. Всего лишь обычная тряска. Нахрен так нервничать и скакать?

— Иди! Убирайся! Живо в школу, — заорал Герман Граф.

Он направил на меня бледную руку. Из нее вылетело облако черной пыли. Эта пыль попала в глаза, в голову, в самый мозг. Я не успел опомниться, как оказался в холодной пустоте. Потом куда-то летел, а дальше… Дальше появился там, где был утром.