— Все электронные письма предположительно от моего отца к судье и факсы от брата с приглашениями пожить с ним в Монтане, отчеты психологов о моей замечательной семье, о лучшем в мире отце? Я сам их написал.

— Извини, — проговорил Бишоп.

Джилет пожал плечами.

— Эй, я же выжил. Ничего не случилось.

— Может, и случилось, — мягко возразил Бишоп.

Они сидели молча несколько минут. Потом детектив встал и принялся мыть тарелки. Джилет присоединился к нему, началась ничего не значащая беседа — о саде Бишопа, о жизни в Сан-Хо. Когда закончили вытирать посуду, Бишоп допил пиво и смущенно посмотрел на хакера:

— Почему бы тебе не позвонить ей?

— Позвонить? Кому?

— Жене.

— Слишком поздно, — запротестовал Джилет.

— Так разбуди ее. Она не станет ругаться. В любом случае, мне кажется, вам двоим уже нечего терять.

Бишоп подтолкнул телефон к хакеру.

— Что я скажу?

Он неуверенно поднял трубку.

— Придумаешь.

— Но я...

Коп спросил:

— Ты знаешь номер?

Джилет набрал по памяти — быстро, боясь передумать.

Что, если ответит ее брат? Или мать? Или...

— Алло.

У него перехватило горло.

— Алло? — повторила Элана.

— Это я.

Пауза, она явно смотрела на часы. Никаких замечаний о позднем часе, однако, не последовало.

Почему Элана ничего не говорит?

Почему молчит он?

—Просто захотелось позвонить. Ты нашла модем? Я оставил его в почтовом ящике.

Она пару минут молчала. Потом сказала:

— Я в постели.

Мгновенная мысль: однав постели? Или рядом с ней Эд?

В родительскомдоме? Но Джилет отбросил ревность и мягко спросил:

— Я разбудил тебя?

— Что тебе нужно, Уайетт?

Он взглянул на Бишопа, но коп только смотрел на него, подняв бровь, в нетерпении.

— Я...

Элана перебила его:

— Я собираюсь спать.

— Можно мне позвонить завтра?

— Лучше тебе не звонить мне домой. Кристиан видел тебя прошлой ночью, и ему это вовсе не понравилось.

Ее двадцатидвухлетний брат, студент с экономического факультета — отличник с темпераментом греческого рыбака, на самом деле на суде пригрозил Джилету расправой.

— Тогда позвони мне сама, когда останешься одна. Я буду по тому номеру, который оставил тебе вчера.

Молчание.

— Ты нашла его? — спросил он. — Номер?

— Нашла, — затем: — Спокойной ночи.

— Не забудь позвонить адвокату насчет...

Трубка ответила короткими гудками, и Джилет отключился.

— Не слишком хорошо у меня получилось.

— По крайней мере она не бросила трубку сразу же. Уже что-то.

Бишоп кинул пустую пивную бутылку в мусорное ведро.

— Ненавижу работать допоздна — не могу поужинать без пива, но тогда приходится подниматься в туалет по десять раз за ночь. Наверное, старею. Ну, завтра у нас трудный день. Надо немного подремать.

Джилет спросил:

— Ты снова меня к чему-нибудь пристегнешь наручниками?

— Два побега за один день — уже слишком, даже для хакера. Думаю, мы можем положиться на браслет. Комната для гостей там. В ванной найдешь полотенца и новую зубную щетку.

— Спасибо.

— Мы встаем примерно в шесть пятнадцать.

Детектив исчез в полутемном зале.

Джилет слушал скрип половиц, звук воды в трубах. Хлопок закрывающейся двери.

И вот он остался один, окруженный особенной тишиной чужого дома поздно ночью. Его пальцы сами по себе набирали дюжины сообщений на невидимой машине.

Но хозяин разбудил его не в шесть пятнадцать. Маленькая стрелка только миновала цифру пять.

— Наверное, наступило Рождество, — сказал детектив, включая свет. Он стоял в коричневой пижаме. — У нас подарок.

Джилет, как большинство хакеров, считал, что сна следует избегать, как гриппа, но пробуждение давалось ему не очень хорошо. Все еще с закрытыми глазами Уайетт пробормотал:

— Подарок?

— Трипл-Х позвонил мне на мобильный пять минут назад. У него есть настоящий электронный адрес Фейта. Он на мол-коме.

— Мол? Никогда не слышал о таком провайдере.

Джилет скатился с кровати, борясь с тошнотой.

Бишоп продолжил:

— Я позвонил всей команде. Они сейчас едут в офис.

— И мы тоже? — сонно пробормотал хакер.

— И мы тоже.

Через двадцать минут они уже приняли душ и оделись. Дженни приготовила кофе на кухне, но завтрак остался невостребованным. Они хотели добраться до ОРКП как можно быстрее. Бишоп поцеловал жену, взял ее ладонь в свою и заметил:

— Насчет твоей встречи с врачом... Ты только скажи, и я буду в больнице через четверть часа.