Но тут она снова посмотрела на мальчишку. Тот вел лодку по протокам, горящими глазами глядя по сторонам. Ну какой это беглый преступник — восторженный старшеклассник выехал на природу и с нетерпением ждет, что покажется за следующей излучиной реки.

— Здорово она придумала. Линкольн, — заметил Бен, имея в виду фокус с телефоном.

"Этого у нее не отнимешь, — подумал криминалист, добавив про себя: — Она ничем не уступает мне самому ". И тут же вынужден был признаться: на этот раз она оказалась лучшенего.

Райм злился на себя за то, что не предусмотрел такой возможности. Сейчас это не игра, не учеба — как он когда-то испытывал Сакс, заставляя ее осматривать место преступления и анализировать улики. Сейчас ее жизнь в опасности. Быть может, у него есть всего несколько часов, прежде чем Гаррет ее убьет. Второй ошибки он не может позволить.

В дверях появился полицейский с большим бумажным пактом. В нем лежали вещи Гаррета, принесенные из тюрьмы.

— Отлично! — оживился Райм. — Так, кто-нибудь, составляйте список улик — Том, Бен... Пишите: «Найдены на вторичном месте преступления — мельница». Пишите же скорее!

— Но такой перечень у нас уже есть, — заметил Бен, указывая на доску.

— Да нет же, нет! — взорвался Райм. — Стирай все это. Улики подброшены.Гаррет хотел направить нас по ложному следу. Это как известняк в кроссовке, оставленной на месте похищения Лидии. Надо осмотреть вещи мальчишки — они скажут, где в действительностинаходится Мери-Бет.

— Если нам повезет, — заметил шериф.

«Нет, — подумал Райм, — если мы проявим мастерство и умение».

— Отрежь кусок ткани от штанов — рядом с отворотом — и помести его в хроматограф.

Белл вместе со Стивом Фарром отправились решать вопрос о выделении экстренных каналов радиосвязи. Причем, по настоянию Райма, они не должны были ставить в известность о случившемся полицию штата.

Дожидаясь результатов анализа, Райм спросил Бена:

— Что у нас еще?

— На штанах пятна краски, — доложил молодой ученый. — Темно-коричневые, судя по виду, довольно свежие.

— Коричневая краска, — задумчиво повторил Райм. — В какой цвет выкрашен дом родителей Гаррета?

— Не знаю, — начал было Бен.

— Я и не требую от тебя, чтобы ты был ходячей энциклопедией Таннерс-Корнера, — оборвал его Райм. — Я имел в виду: позвони туда!

—Ой, — спохватился Бен.

Найдя по справочнику номер, он снял трубку.

— Из этого сукина сына слова клещами не вытянешь. Я говорю о приемном отце Гаррета. Так или иначе, дом у них выкрашен в белый цвет, и коричневой краской в последнее время они ничего не красили.

— Значит, возможно, это краска из того места, где мальчишка держит Мери-Бет.

— Существует ли база данных красок? — предложил великан.

— Мысль хорошая, — ответил Райм. — Но ответ отрицательный. В Нью-Йорке есть, но здесь от нее не будет никакого толку. А ФБР в свою просто так не пустит. Но продолжай. Что в карманах? Надень...

Но Бен уже натянул резиновые перчатки.

— Ты об этом хотел меня предупредить?

— Да, — буркнул Райм.

— Он терпеть не может, когда его желания предвосхищают, — пояснил Том.

— В таком случае, постараюсь делать это почаще, — улыбнулся Бен.

— Так, что-то есть.

Райм, прищурившись, посмотрел на какие-то маленькие белые крошки, которые молодой зоолог вытряс из карманов.

— Что это?

Бен принюхался.

— Сыр и хлеб.

— Опять еда. Всякие крекеры...

Великан рассмеялся.

— Что здесь смешного? — нахмурился Райм.

— Это еда, но не для Гаррета.

— То есть?

— Ты никогда не ловил рыбу?

— Никогда, — проворчал Райм. — Если человек хочет рыбу, он покупает ее в магазине. Но какое отношение, черт побери, имеет рыбалка к этим бутербродам с сыром?

— Это не бутерброды, — объяснил Бен. — Это наживка. Рыбаки скатывают из сыра и хлебного мякиша шарики и дают им немного подплесневеть. Донная рыба обожает это лакомство. Например, зубатка. Чем вонь сильнее, тем лучше.

Райм поднял бровь.

— А вот это уже может быть полезным.

Осмотрев отвороты, Бен вытряхнул на подписную квитанцию какие-то крошки и изучил их в микроскоп.

— Ничего определенного. Только вот непонятные белые ниточки.

— Дай-ка взгляну.

Зоолог взял тяжелый микроскоп в руки, и Райм посмотрел в окуляры.