— Ну что ж, — из уголка рта Первого потекла алая струйка, — забрать тебя с собой тоже не плохо.

А дальше рванул взрыв, Сашу приподняло и отшвырнуло прочь, сметая все ее энерго потоки и защиту. Оглушенная, девушка приподнялась на локтях, фокусируя взгляд и пытаясь осмотреться, грудь сдавило так, что малейший вздох отзывался дикой болью.

— А-а-а, — крик Боба заставил девушку подняться, солнце уже вставало, тени стали гуще, но и света стало больше. Первым она увидела Гира, тот стоял у дерева, одна рука неестественно висела, а второй он опирался на ствол. Парень снял броню с лица и с ужасом смотрел куда-то в сторону. Потом мелькнул Боб, одна его нога была сломана, но, несмотря на это, дико воя, он полз в ту же сторону, куда смотрел Гир.

Саша начала подниматься. Боль расползалась по грудной клетке, и она поняла, что это не ее боль. Не ее травма. Она боялась, поднять глаза, боялась увидеть Алекса. Только понимала, что он еще жив…

На поляну выскочили остальные члены команды, они бросились к Алексу.

— Надевайте ему броню! — кричал Боб. — Активируйте саркофаг!

Горин, рухнув перед Алексом на колени, смотрел на развороченную грудь. Торчали осколки ребер, кровь хлестала из открытых ран, броня меняла свой цвет на серый прямо на глазах. Медальон экстренной регенерации был расколот на несколько частей, и было понятно сразу, что Алексея не спасти.

Горин задыхался от ярости, белые стражи, что пришли вместе с ним, с ужасом смотрели на остатки тела их капитана, и боялись шевелиться.

— Саша, прости… — Алекс прохрипел, только глазами имея возможность следить, как девушка идет к нему.

Дим кричал на Марека, что тот застыл столбом, но тот, видя сереющую броню, в шоке замер, чувствуя, как напрягается, истончается сила присяги, связывающая их всех в одно целое.

— Не смей! — Саша сказала это тихо, но её голос заставил всех замереть на месте.

Девушка подняла голову и встретилась взглядом с Алексом, чувствуя, как сила, что связывала ее с любимым, захлестывает ее, деля боль на двоих. Она боялась моргнуть, боялась прервать эту связь, с трудом двигаясь к нему, она не собиралась сдаваться. Только не в этот раз.

Не разрывая взглядов, она села рядом и замерла рядом с любимым. Марек хотел было окликнуть ее, но неожиданно замер, видя, как из груди девушки к Алексу устремляются золотистые нити энергии.

— Просто смотри на меня. Слышишь? Просто смотри, как тогда, на площади… Только в этот раз я не уйду, не исчезну, останусь с тобой… Навсегда…

Алекс шевельнул рукой, и Саша тут же ее перехватила. Золотистые нити входили в тело Алекса и, собравшись вокруг сердца стража, заставляли его биться. Энергия, словно кровь, заструилась по венам, останавливая кровотечение и пытаясь возобновить регенерацию умирающего тела.

Чувствуя энергию Саши, Алекс тоже отказывался сдаваться, броня перестала сереть и стала двигаться к сердцу, питаясь силой девушки, по крохам пыталась восстановить изувеченное тело.

Они были рядом, не разрывая взглядов, держались за руки и золотистым светом сшивали два тела в одно. Горина трясло от увиденного, Марек качал в шоке головой.

— Марек, — Дим в надежде тряхнул медика. — Алекс… Он…

Но страж покачал головой.

— Повреждения внутренних органов слишком множественные. Медальон разбит…

— Саша!

Глеб и Карл выскочили на поляну вместе, за ними выбежал Бен и согнулся, чувствуя, как его легкие разрываются от перегрузки.

— Саша!

Глеб в панике звал сестру, но она не реагировала. Растворяясь в золотом свечении, разделяла свою жизнь одну на двоих. Рухнув перед сестрой на колени, парень хватался за голову, не зная, как разорвать эту связь и понимая, что здесь и сейчас эти двое медленно уходят из жизни, не в силах отпустить друг друга и даже в смерти — расстаться.

— Малыш, — тихо застонал он. — Прошу, не оставляй нас…

Но все его слова пролетели мимо. Глаза в глаза, одно сердце на двоих гнало кровь и энергию по поврежденному телу и пыталось запустить регенерацию. Но проходила минута, вторая, и серая броня снова стала покрывать тело стража.

— Не смей! — Глеб вскочил, хотел насильно оттащить девушку, но энергия отбросила его, а Саша даже не заметила, что Глеб пытался это сделать. Здесь и сейчас она не могла отвести взгляд от голубых глаз Алекса, понимая, что если отведет… Если даже просто моргнет, то потеряет их навсегда.

Глеб завыл, понимая без всех сканов и планшетов, что Алекс уже не жилец и что Саша просто не справится с его повреждениями. Уже никто не справится…

Бен смотрел на влюбленных. Сквозь золотистое сияние видел их взгляды, устремленные друг на друга. Так они смотрели тогда, на площади. Тогда Бен испытал дикую тоску, понимая, что никогда в его жизни не будет человека, чтобы тот смотрел на него вот так. С открытой душой, на распашку, когда все мысли, чувства ты можешь просто увидеть, погрузившись во взгляд любимых глаз.