— Ваше высочество?

— Это всё, что от вас требуется до моего возвращения, лорд.

— Служу принцессе Крессиде Небесной!

Ну-ну.

Оборвыш понятливо оставляет нас с Феликсом вдвоём.

— Ящерка…

— Принцесса, не знаю, что вы задумали, но мне заранее не нравится, — расплывается он в улыбке, за которой я легко угадываю нервозность.

Я улыбаюсь в ответ:

— О, да, ящерка. Как только узнаешь, тебе не понравится ещё больше. Раздевайся. Полностью.

О том, что окончание фразы — это приказ, который из-за клятвы Феликс не сможет игнорировать, я вспоминаю с опозданием, но вида не подаю. Ему ведь… всё равно раздеваться.

— Ваше высочество…

— Ничего нового я не увижу. Или увижу? Неужели порадуешь меня видом… хвоста?

Феликс молча и по-солдатски быстро избавляется от мундира и сапогов, остаётся босой в форменных штанах и полурасстёгнутой рубашке. Мы встречаемся взглядами, и меня почти физически обжигает. В глазах Феликса читается вызов, смысл которого я не успеваю осознать, потому что Феликс делает круговое движение плечами, белая рубашка наполовину соскальзывает вниз. Игра ткани и обнажённой кожи завораживает. Феликс оказывается вплотную ко мне. Он исполняет приказ — рубашка медленно-медленно, по миллиметру продолжает скользить вниз.

Одной рукой он обхватывает меня за талию:

— Моя принцесса, вам нравятся провокации?

Он наклоняется ко мне. Губы чуть приоткрыты.

У меня есть бесконечность, чтобы отстраниться, приказать ему отойти, запретить. Да у меня сто тысяч возможностей остановить эту самую провокацию. Как угодно.

Наверное, надо остановить, но, следуя внезапному внутреннему порыву, я привстаю на цыпочки.

— Да, ящерка, мне нравятся провокации, — выдыхаю я и целую, ещё и на шею обе руки ему закидываю, чтобы не сбежал.

Феликс сперва отвечает. Осознание приходит секунды спустя. Его глаза широко распахиваются, он замирает. Мне его ошарашенность никак не мешает.

— М-м…

Что он пытается промычать, не знаю. Не интересно. Его первая реакция лучше всего говорит о его истинных чувствах — в его глазах я достаточно привлекательна как женщина, чтобы испытывать ко мне влечение. И как личность я его по крайней мере интригую.

— Ящерка, ты забыл? Раздевайся.

При этом я не выпускаю его из объятий, не прерываю поцелуй. Я увлекаюсь, но не настолько, чтобы забыть про Совет. К сожалению. Ощутив, что Феликс обнимает меня обеими руками, а значит, разделся, я отстраняюсь. И не ошибаюсь. Одежда разбросана по земле, даже исподнее.

Я окидываю Феликса полным восхищения взглядом.

— Моя принцесса, на камнях не удобно.

— Ящерка, я собираюсь прокатиться на тебе таким образом, что камни мне не помешают.

Я не сомневаюсь, что Феликс изначально понял, к чему был мой приказ.

— Моя принцесса, вы жестоки.

Он собирает разбросанную одежду быстро складывает в оставленный тут же, у скалы, дорожный мешок. Выпрямившись, Феликс смотрит на меня с ожиданием. Лёгкая, хорошо спрятанная нервозность, какую порой испытывают перед кабинетом врача, мешается с любопытством.

— Прими облик, истинный для твоего божественного предка, ящерка.

Надеюсь, я не перегнула палку?

Я не успеваю ничего рассмотреть. Феликс покрывается сплошной бронёй чешуи, а в следующий миг передо мной ящер. Или динозавр? Размер внушает. Не слон, но близко. Чтобы получился ящер нужно сложить трёх коней-тяжеловозов. Вытянутое тело на мощных лапах, ни малейшего сходства с тонкими, не предназначенными для бега на дальние дистанции лапками малой ипостаси. Длинная шея, голова напоминает змеиную. Пасть сверкает белоснежными клыками, между которыми двигается сдвоенный язык. Два шишкообразных рога у висков, за ними начинается гребень, растущий до кончика хвоста, гибкого, как хлыст и мощного. Столетнее дерево с одного удара свалит. А ещё на конце хвоста утолщение с костяными шипами, этакая естественная булава.

— С-с-с…

Ящер переступает с лапы на лапу, скалится.

Я бесстрашно шлёпаю его по носу, благо он наклонил ко мне голову, иначе бы я банально не достала.

— Ящерка, я ведь тебе обещала, что будешь у меня ездовым?

— С-с-с…

Едва ли Феликс доволен, но меня, если честно, прогулка верхом на нём тоже не прельщает. Нет, я бы с удовольствием прокатилась, но именно прокатилась, прогулочным шагом и недалеко. Причём в седле. В романе Олис специально заказал, помнится, мастерам пришлось изобретать целую систему ремней. Мне же предстоит ехать на голой спине, и я не представляю, как не свалиться на скорости.

Свой дорожный мешок я связываю с мешком Феликса.

— Ящерка, ты можешь лечь? А лучше выкопать яму и лечь. У меня, видишь ли, нет навыков скалолазания.

— С-с-с.

Это он смеётся надо мной? Пфф!

Феликс не ложится, поворачивается ко мне головой и разевает пасть. Выглядит так, будто собирается меня сожрать. А я ведь ему на один укус. С такими челюстями как у него, запросто пополам переломит.

То, что я упомянула божественного предка… Может ли быть так, что клятва верности не действует, пока Феликс в ипостаси? Может, он таки собирается меня сожрать? Один укус, и он свободен.