Я мог бы отдать револьвер Виталику, который явно был стрелок получше меня, но это, к сожалению, тоже ничего не гарантировало. Кристоф мог отбросить пораженную конечность, и, пусть его активная часть станет совсем крохотной, менее смертоносным его это не сделает.

Конечно, нерешаемых задач не бывает, и способы прикончить Кристофа раз и навсегда тоже существовали. Проблема была только в том, что каждый из них требовал определенной подготовки, и, желательно, чтобы мелкая скотина при этом стояла на месте, а Кристоф предпочитал действовать внезапно.

И я не сомневался, что и сейчас у нас в запасе всего несколько минут, за которые тут, в Кремле, приличную ловушку не построишь.

— Виталик, — сказал я. — Послушай меня очень внимательно. Ты не затащишь.

— Чего это я не затащу? — удивился Виталик.

— Все твое оружие — системное, — сказал я. — Против него никакие системные штуки не работают.

— Вот этот дробовик, — он потряс правой рукой. — Вполне себе аналоговый.

— Этого мало, — сказал я. — В вашем мире существовала такая франшиза, как “Терминатор”?

— Там всего-то два фильма, так что я бы это полноценной франшизой не назвал, — сказал Виталик, не сводя глаз с монитора. Судя по кровавым трансляциям, перемещающимся от камеры к камере, Кристоф шел к нам не слишком торопясь, но довольно легко, и у нас осталось всего несколько минут.

— Кристоф — это Т-1000, - сказал я. — Ты можешь сколько угодно палить в него из дробовика, это его не остановит.

— У тебя есть револьвер…

— Даже если Магистр не наврал, и это не очередная подстава с его стороны, я не стал бы полагаться на всего три заряда, — сказал я.

— Мне кажется, ты излишне драматизируешь, Федор.

— Да черта с два, — сказал я. — Он уже убил тебя однажды, помнишь? Он убил Василия, черт побери. Он чуть не размотал Кевина и Магистра, причем не по отдельности, а одновременно. Разрушитель Миров Полсон не смог придумать ничего лучше, чем просто выкинуть его в космос, откуда он каким-то образом все-таки вернулся.

Я увидел, что Виталик задумался. Какая-то работа мысли отразилась на его лице, это уже можно считать маленькой победой.

— И что ты предлагаешь? — спросил он.

— Отступить, — сказал я.

— Бежать? И бросить страну? Когда у нас полтора миллиарда зомби под боком?

— Не бежать, а отступить, — сказал я. — На заранее подготовленные позиции. А потом мы вернемся, и если проблема с полутора миллиардами зомби все еще будет актуальна, я сам выжгу все зараженные территории. Поверь, я теперь могу.

— Я тебе, конечно, верю, — сказал Виталик. — Но мне претит сама идея бегства.

— Сколько еще твоих людей должно умереть, прежде чем это прекратится? — спросил я.

Этот аргумент сработал.

Виталик сокрушенно покачал головой, но все-таки убрал дробовики в инвентарь.

— Хорошо, я доверюсь тебе, Федор. Веди.

— Для начала надень вот это, — я передал ему два предмета.

— Амулет Воскрешения, — констатировал Виталик, вешая цепочку на шею. — А эта штука что делает?

— Считай, что это пропуск, — сказал я и открыл портал.

***

Рик видел троих.

Два головореза с короткими мечами ждали его около коновязи, лучник стоял чуть поодаль. И, если он правильно понимал логику засады и тактику малых групп, где-то еще должен прятаться стелсер.

— Четверо на одного? — спросил он. — Кто я, по-вашему?

— Всего лишь еще один мертвый бард, — сказал головорез слева и обнажил меч. — Соломон Рейн просил передать тебе привет.

***

— Ну и что это за Мордор? — спросил Виталик, оглядываясь по сторонам.

Его ассоциации можно было понять. Черная земля, красное небо, поднимающийся к нему черный дым, глубокие расселины, заполненные лавой…

Здесь было очень жарко. Я к огню и жаре уже практически невосприимчив, но вот мой спутник… Конечно, я не думаю, что прокачанный читами Виталик мог бы самовоспламениться, но если бы не врученный мной амулет, потеть бы он точно начал.

Я смотрел “Терминатор-2” (и искренне завидую тому миру, в котором не появилось третьей, четвертой и всех следующих серий) и решил действовать классическими методами.

— Это Лавовая Земля Архейна, — сказал я.

— И как это нам поможет? — спросил Виталик.

— Вулканы под нами вполне натуральные, — сказал я.

— Всякого Сумкина постоянно тянет к вулканам, — сказал Виталик.

— Надо же хоть как-то фамилию оправдать, — сказал я.

— Идея не лишена смысла, — сказал Виталик. — А что, если он не придет?