Себастьян печально усмехнулся, и заговорил на выдохе:

– Я помню нашу первую встречу.

– Это не удивительно, – я тоже вспомнила, и отвернулась. – Прошло всего… полгода.

– Нет, – резко оборвал он. – Я говорю о самой первой встрече. Двадцать лет назад.

Я замерла, отчаянно пытаясь бороться с потребностью смотреть на Себастьяна. Но проиграв, повернула к нему лицо. Его глаза устремились вдаль. Он погрузился в прошлое.

– Тебе было чуть больше часа, – без намека на улыбку, заговорил Эскалант. – Ты спала и даже не подозревала, что рядом стоял я – твой муж и защитник в обличие девятилетнего мальчика, – он чуть сдвинул брови. – В тот момент я еще не понимал, что мое будущее тесно сплеталось с твоим. Я чувствовал ответственность за тебя, и подавлял острое желание поиграть с тобой.

Мое яркое творческое воображение уже рисовало эту картину. И я улыбнулась, ощутив, как сердце тоскливо сжалось.

– Но ты спала, – добавил Себастьян и перевел на меня взгляд, от которого сбивалось дыхание.

Кислород мне не нужен, когда он вот так смотрит.

– Дети в этом возрасте постоянно спят, – пробормотала я.

Себастьян неспешно прошелся взглядом по мне, словно оценивая перемены спустя двадцать лет. Подняв руку, он легонько коснулся моей щеки и снова посмотрел в глаза:

– Тогда я впервые дотронулся до тебя. Ты сжала мой палец своей крохотной ручонкой и мило посапывала. В тот день я дал первое серьезное обещание. Именно ему ты сейчас противостоишь.

Его тихий голос раскатами совершенного тенора эхом звучал во мне.

– Что будет с наследством Солер, когда я погибну? – вопрос вырвался сам собой.

Эскалант застыл. Его рука дернулась назад, будто я обожгла его. Глаза Себастьяна превратились в ледяные вершины скал, которые плотно окутывал мороз.

– Все достанется мне, – жестко отчеканил он слова.

– Звучит как облегчение, – прошептала я.

– Почему ты сказала «когда»? Почему не сказала «если»? – сурово спросил он.

Потому что уже смирилась.

Эта мысль пролетела настолько быстро, что даже удивление не успело разыграться.

– Оговорилась, – солгала я и поднялась на ноги.

Холод пронзил меня. Но это не ноябрь. Это внутренний ледник, появление которого было ожидаемо.

Себастьян тоже встал, возвышаясь надо мной своим ростом.

– Ты бороться не хочешь, значит? – пренебрежение не скрылось в его тоне.

Молча, я смотрела на бассейн. Вернее на воду, которая манила своими горячими объятьями. Черт, я, наверное, совсем рехнулась! Ведь именно в этот момент, после пережитых событий и предчувствий будущих трагедий, мне больше всего на свете захотелось… искупаться в нем!

– Я замерзла, – бросила я и пошла к воде.

Эскалант опешил. Я уверенна в этом, заметив, как он замер на месте и смотрел в мою сторону.

Присев на корточки, я коснулась воды. Горячая.

Хм… почему же она такая? Неужели, кто-то позаботился об этом?

– У меня есть кое-какие догадки, – раздался голос подошедшего Себастьяна. – Но все же, позволь уточнить: что ты надумала?

Поднявшись, я потянулась к пуговицам рубашки.

– Почему включили подогрев воды? – проигнорировала я его вопрос.

Наблюдая за мной из-под сдвинутых бровей, Себастьян настороженно ответил:

– Это получилось автоматически при запуске системы освещения и отопления… Э-э-э, Зоя?

– М? – я вопросительно посмотрела на него, пока расстегивала блузку.

– Ты что творишь? – его глаза были расширены, когда он с трудом поднимал их к моему лицу.

Мысленно улыбаясь, я наслаждалась взглядом Эскаланта. Жадные, темнеющие медовые глаза изучали мое тело, которое я не спеша обнажала. Я нуждалась в этом, так же как и в маленьком безумстве, которое хотела совершить.

– Я просто живу, Себастьян, – ответила я и скинула рубашку, оставшись в белом бюстгальтере.

Его челюсть отвисла, когда он понял, что я уже снимаю брюки. Холодный воздух обжигал кожу и мне пришлось ускориться.

– Черт возьми, Зоя! Сейчас ноябрь!

Опомнившись, Эскалант схватил меня за руку, когда я уже сделала шаг к воде.

Я заметила, огонь в его глазах и тяжелое дыхание, которое часто вздымало его грудь. Его теплые, сильные пальцы крепко сжали мое обнаженное плечо.