Если, конечно, ей не перерезали горло лихие парни по дороге в Лондон или она не попала в лапы предприимчивой мадам, владеющей одним из заведений неподалеку от портовых доков.

Тони вздрогнул и оторвался от этих мыслей, осознав, что Нос-с-Бородавкой продолжает что-то говорить:

— …так вот у меня как раз есть свой человек в доме Эссекса.

— В доме Эссекса? — вновь изумился Тони изворотливости своего гвардейца. — Как тебе это удалось?

— Это совсем не трудно: в Лондоне полно недовольных. Лорд Эссекс, граф Саутгемптон, сэр Кристофер Блоунт и сэр Чарльз Дейверз решили порядком удивить королеву, а заодно и всех придворных.

— Удивить? — Это было больше, чем ожидал Тони. — И с какой целью?

— Для начала Эссекс собирается уговорить Ее Величество удалить от себя наиболее преданных ей советников.

— И первым сэра Роберта Сесила, я думаю.

Удивленный осведомленностью Тони, Нос-с-Бородавкой согласно кивнул.

— Без сомнения. Потом она назначит Эссекса лордом-протектором, а уж он-то предаст суду всех своих врагов, соберет парламент и свергнет правительство.

— Черт побери! — пробормотал Тони. — Это все?

— Если понадобится, они прольют кровь Ее Величества!

— Гори они все в аду, и, клянусь, я буду одним из тех, кто отправит туда этот сброд! — Перед его глазами встала заманчивая картина: Эссекс, пожираемый языками пламени. Однако даже сейчас он боялся, что вездесущий граф ускользнет от предназначенных ему адских мук. Лондон восхищался этой хитрой лисой, и это делало королеву еще уязвимее. Мог ли Тони рассчитывать, что кто-нибудь из наиболее мудрых советников Эссекса сумеет отговорить графа от открытого мятежа в самый последний момент? Правление Елизаветы ни при каких обстоятельствах не будет прочным, пока она доверяет Эссексу.

— Ну теперь-то, надеюсь, все? — полушутя-полусерьезно спросил Тони.

— Полагаю, капитан, этого и так достаточно.

Голос Носа-с-Бородавкой был строгим, и Тони вздохнул: он совсем забыл, что этот солдат не обладал чувством юмора.

— Да, ты прав, этого больше, чем достаточно. Ты хорошо поработал, друг мой. — Положив руку на плечо Носа, Тони продолжил: — Думаю, я сумею найти способ предупредить королеву так, чтобы она не сомневалась, что все это чистая правда.

Из туманной мглы вынырнул мужчина. Тони мгновенно дернул его за плечо и прижал к стене дома. Серебряный свет полумесяца, неожиданно прорвавшийся сквозь пелену облаков, осветил лицо незваного гостя.

— Хэл? — изумленно воскликнул Тони. — Что ты здесь делаешь? Или в поместье что-то стряслось? — И он еще крепче прижал управляющего к холодному камню.

— Хозяин, пожалуйста, хозяин, — Хэл задрожал под взглядом Райклифа. — Вы убьете меня, хозяин.

Тони опомнился и разжал железные пальцы.

— В доме Сэдлера все в порядке, но…

— В поместье Одиси, — поправил Тони.

— Да, хозяин. Я просто сопровождал сюда ваших сестер и леди Хонору.

— Леди Хонору? — В памяти Тони всплыло распухшее лицо со шрамом — такой он видел леди Хонору в последний раз. — Ну и как себя чувствует наша дорогая леди? Надеюсь, она уже оправилась от ран?

— Она, кажется, снова стала такой, как была раньше… — ответил Хэл.

— А, — усмехнулся Тони, — прекрасно! Бог свидетель, я думал, что она кинется в Лондон на выручку сэру Дэнни еще раньше.

— Ее до сих пор бьет лихорадка, — доложил Хэл.

— Бедная леди! Надеюсь, в Одиси больше ничего не случилось? Никто больше не ранен?

— Нет, хозяин. Должно быть, вы были причиной всех бед… Вы думаете оставить его?

— Кого его? — не понял Тони. — Поместье Одиси? Никогда! Оно мое до самой моей смерти… Но все-таки зачем ты здесь? Ночью? В этом холоде и отвратительных испарениях?

— Дамы послали меня разыскать вас и сообщить о приезде. А караульный гвардеец объяснил, в какой части города вас можно сейчас разыскать. — Хэл вгляделся в туман и узнал улицу Граций. — Да, именно здесь, сэр, в столичной яме греха и пороков Лондона. — Хэл опустил голову и закрыл глаза. — Я надеялся, что никогда больше не увижу это проклятое место.

— А, это ты, старый лондонский бродяга! — вдруг радостно воскликнул Нос-с-Бородавкой. — Сдается мне, я тебя знаю, но с той поры столько лет минуло, что я могу и ошибиться.

С необычайной живостью Хэл отпрянул в тень и поглядел на Носа, словно на дьявола.

— Я едва знаю Лондон.

— Конечно, — покладисто согласился Нос, ухмыляясь и хитро подмигивая. — Похоже, не очень-то ты хочешь вспоминать сумасбродства своей молодости.

— Не было в моей молодости никаких сумабродств, — еле слышно прошептал Хэл.

— Ой ли? А не ты ли снял комнату в борделе, где теперь командует Крошка Мэри, на целый месяц? А не ты ли проскакал на лошади весь Чипсайд из конца в конец и задавил при этом нескольких городских денди? — Нос хлопнул себя по ляжкам и продолжил: — А разве не ты нализался как свинья, когда мы украли бочонок французского вина, и чуть было не утонул в дождевой луже глубиной не больше дюйма?