Три выстрела подряд, на бегу, в повернувшегося ко мне боком бойца с ростовым щитом. Тут же прилетает ответный удар в бедро — больно, но не критично. Ещё пара шагов, я подныриваю под размашистый удар боевого топора, и тут же наношу колющий в незащищённое горло вставшего на пути противника. В лицо бьёт струя крови, кругом стоит рёв, крик, визг. И над всей этой вакханалией слышился звон тысячи колокольчиков, издаваемый разбушевавшимся элементалем.

Ещё пара выстрелов, прыжок с последовавшим за ним коротким ударом в лицо рукоятью меча, и я совершенно неожиданно для себя очутился на открытом пространстве. Неудержимое стремление в бой, ярость схватки требовали развернуться и пройтись по тылам паладдинов. Но я знал, как бороться с такими желаниями. А потому, не останавливаясь, активировал крылья и рванул вперёд.

Про себя начал отсчитывать секунды, увеличивающие расстояние между мной и местом боя. Несколько раз подо мной прошелестели стрелы, а потом я на полной скорости пробил стену света. И почти сразу услышал крик:

— Бей его!

Только я совершенно не хотел оказаться битым, поэтому ударил первым.

Сначала ударил "Подавлением", чтобы летуны не успели разорвать дистанцию, и тут же "Аурой Пастыря Воли".

— Все замерли! — заорал так, что аж сам удивился — как у меня голосовые связки не лопнули. И пративники замерли. Два воина, с ног до головы закованные в золотую броню и уже замахнувшиеся копьями для удара, неподвижно зависли в воздухе метрах в пяти ниже меня. Ещё парочка в это время приближалась ко мне слева. Чёрт, тут не воевать, а прорываться нужно.

— Убейте друг друга! — приказал я, и рванул вперёд, набирая при этом максимальную высоту. Когда зажмут с двух сторон, вон, справа приближаются ещё трое, мне не поможет ничто и никто. Чёрт, и где мне искать Степана? Хотя, он сказал, что сам отыщет меня.

— Не дайте ему оторваться! — крикнул кто-то за спиной. Хлопнул винтовочный выстрел, второй — мимо. Крикун продолжал надрываться: — Всех в штрафники отправлю!

Продолжая набирать высоту, я одновременно осматривал проносящуюся подо мной местность, и на всякий случай активировал сканирование. Крики постепенно удалялись, а быстро брошенный взгляд через плечо показал, что и преследователи уже отстали, и вряд ли им удасться нагнать меня.

Странную группу, состоящую из трёх летунов и одного пешего, я засёк минут через пять, когда преследователи превратились в крупные точки на горизонте. Крылатая троица, держась на минимальной высоте, пыталась нагнать человека. Тот, в свою очередь, делал всё, чтобы не попасться. И, надо заметить, у него это получалось. Вот пара палладинов уже нагоняет беглеца, ещё несколько секунд, и можно будет обрушиться на спину жертвы. Но, в самый последний момент добыча исчезала, и появлялась совершенно в другом месте, метрах в пятидесяти. При этом беглец продолжал бежать, словно отчётливо представлял, где окажется в следующий миг. Чёрт, да ведь это Степан!

Бросив взгляд за спину, я убедился, что мои преследователи безнадёжно отстали, и решительно устремился вниз. Как раз в этот момент один из паладинов метнул в направлении беглеца какой-то предмет, оставляющий за собой дымный след. Твою мать, да он же его сейчас убьёт!

Трижды использую "Приговор инквизитора", и два обнажённых тела, хаотично кувыркаясь в воздухе, стремительно падают на кроны деревьев. Третий игнорирует действие божественной сферы, продолжая нагонять Степана. Тот бросив взгляд за спину, резко прыгнул в сторону, и в этот раз я увидел, как праведника затянуло в портал.

— Бам-м! — снаряд, брошенный уцелевшим противником, рванул, словно наступательная граната. Последнего паладина укрыла уже виденная мной сфера, которую взрывная волна лишь окутала на миг, не причинив вреда. А вот Степан, которого выбросило в нескольких метрах впереди, кубарем покатился по земле и затих на месте. Ну сука, держись!

Едва исчезла защитная сфера, Я всем своим весом обрушился на спину противника, вгоняя клинок в узкую щель между доспехом и шлемом адепта Порядка. "Воспламенение", и через секунду вниз летит бездоспешное обезглавленное тело. По инерции меня проносит вперёд на несколько метров, и я по пологой дуге приближаюсь к неподвижно лежащему на спине праведнику.

— Степан, твою бабушку, не вздумай умирать! — едва приземлился, тут же сбросил с плеча ружье, скинул вещмешок и полез внутрь, за аптечкой.

— Большой, не торопись тратить зелья. — сдавленным голосом произнёс праведник, поднимая правую руку. На ней не хватало половины кисти, из раны обильно текла кровь. — всё равно не успею восстановиться до прибытия псов Творца. Большой, я согласен на твои условия. Я, Степан, добровольно отдаю себя в жертву стихии Воля.

— Воля принимает тебя, праведник. — произнёс я, и дважды выстрелил в голову бывшего Серафима. Секунда, и перед глазами высветилась надпись:

"Seraphim, ты выполнил скрытое задание: "Отражение". Ты шестнадцать раз отменил способность "Слово Творца". Творец убит.

Seraphim, ты стал причиной смерти Творца, Хозяина Порядка.

Получен дар Воли — 100000 сил Воли.

"Seraphim, ты стал причиной смерти Верховного Создателя, Владетеля Света.

Получен дар Воли — 100000 сил Воли.

Seraphim, ты выполнил скрытое задание: "Осквернить Свет". Получен дар Воли — 30000 сил Воли.