Теперь Шакунтала посмотрела на двух девушек, которых не знала. Они также глядели на нее округлившимися глазами. Но в этих глазах она заметила не только благоговение. Две маратхи практически дрожали от страха. Затем, заметив, что принцесса глядит на них, опустили головы. И стали дрожать сильнее.

«Это должно прекратиться», — подумала Шакунтала.

— Посмотрите на меня, — приказала она. Несмотря на молодость, ее голос звучал резко. Не грубо, просто… она приказывала и слова прозвучали именно как приказ.

Женщины немедленно подняли глаза на Эона, не участвовавшего в разговоре, манера Шакунталы произвела впечатление.

— Вы очень испуганы, — констатировала факт принцесса.

Мгновение спустя женщины кивнули.

— Вы боитесь гнева малва, если они обнаружат, что происходит. Вы боитесь, что вас убьют.

Они снова кивнули.

Мгновение Шакунтала просто смотрела на них, затем заговорила вновь:

— Ваш страх понятен. Но вы должны его перебороть. Страх вам ничего не даст, вы только можете выдать нас всех. Вы должны быть смелыми. Эти люди, эти иностранцы — хорошие люди. Смелые и находчивые. Вы же сами знаете, что это так.

Она ждала. Секунду спустя обе женщины кивнули.

— Вы доверяете этим людям.

Она снова ждала. Они снова кивнули.

— И доверяйте дальше. А также и мне. Я — ваша принцесса. Теперь — ваша императрица. Я — законная наследница трона Андхры.

Маратхи тут же кивнули. Махараштра была одной из немногих земель в Индии, где женщину у власти принимали без вопросов, если она получила власть законным путем. В прошлом маратхи даже становились во главе армий.

Но мысли о Махараштре принесли боль, и Шакунтала заставила себя не думать об этом.

— Я призываю вас на службу, женщины Великой Страны. Андхра снова поднимется, а малва, это дерьмо, будут уничтожены. Этой цели я посвящаю свою жизнь. Если вас уничтожат малва, то они уничтожат с вами и вашу императрицу. А я вас не покину.

Мгновение спустя женщины поклонились. Шакунтала признала поклон. Страх из их глаз уходил, его заменяла смелость, и это радовало Шакунталу. Но радость приносила боль, поэтому принцесса также отмахнулась от нее. Она знала: в ее жизни не будет радости. Только смелость и долг. Она поклялась этим женщинам и она сдержит клятву. Хотя эта клятва навсегда закроет для нее радость.

Шакунтала услышала, как принц что-то пробормотал. Фразу на его родном языке.

— Что ты сказал? — спросила она, взглянув на него. Эон смотрел на нее своими темными глазами, очень серьезно. Мгновение спустя принц улыбнулся.

— Я сказал: и снова Велисарий оказался прав.

Шакунтала нахмурилась, не понимая. Конечно, она знала, кто такой Велисарий. Рагунат Рао объяснил (столько, сколько знал сам, а это было немного). Но она еще не встречалась с полководцем, только видела его уголком глаза.

— Я не понимаю.

На его губах промелькнула ехидная улыбка.

— Один раз я спросил его, почему мы все это делаем. Пойми: я не был против. Этот проект казался мне стоящим сам по себе. Спасение очаровательной принцессы от такого существа, как Венандакатра. Но… в конце концов я — принц. И имею права на престол Аксумского царства. Мой старший брат Вазеб абсолютно здоров, поэтому я не рассчитываю когда-либо стать негусой нагастом. Меня это вполне устраивает. Но все равно рано учишься думать, как монаршая особа. Уверен, ты меня понимаешь.

Шакунтала кивнула.

— Поэтому я один раз спросил у Велисария — как безжалостный наследник престола, а не горячий романтичный принц — почему мы так рискуем?

Он уже начал извиняться, но Шакунтала оборвала его:

— Не нужно, Эон. Это очень хороший вопрос. Так почему же вы это сделали? — Она улыбнулась. — Не то чтобы я не была вам благодарна, ты понимаешь.

Эон ответил улыбкой на улыбку. Затем улыбка сошла у него с лица.

— Мы это делаем, сказал он, по трем причинам. Во-первых, это стоит сделать, само по себе. Чистое и хорошее дело в мире, в котором можно совершить мало подобного. Во-вторых, мы делаем это, чтобы освободить душу величайшего индийского воина и он, в свою очередь, мог направить всю ярость своей души на врага. И наконец, и это самое важное, мы это делаем, поскольку сами не можем победить Индию. Сама Индия должна стать нашим союзником. Настоящая Индия, а не этот выблядок, зачатый семенем Сатаны. И для этого мы должны освободить из плена величайшую правительницу Индии.

— Я не правительница, — прошептала она. — И уж точно не величайшая в Индии.

Он снова улыбнулся.

— Именно это я и сказал.

Улыбка исчезла.

— Она станет ею, — ответил Велисарий. — Станет. И заставит малва выть.

Когда опустилась ночь, караван остановился и принц Эон вместе с женщинами перебрался из паланкина в свой королевский шатер. Их в темноте не видел никто. Шакунтала не отходила от принца ни на минуту. После того как он заснул, она лежала, прикасаясь к нему, как и в паланкине, и он обнимал ее. Чтобы, если вдруг кто-то заглянет внутрь, ее можно было опять закрыть его телом.