Производство ГК «Рунно» занимало не очень большую территорию, но та, что имелась в свободном доступе за ее пределами, вполне могла подойти для постройки дополнительных помещений. Очень удачное расположение за городом, позволяло без труда расширить производство. Анатолий Борщов вероятнее всего так и планировал, только забыл более подробно ввести дочь в курс дела. Милочке часто приходилось доказывать отцу о его в корне неверном отношении в антикризисном управлении. По мнению Борщова достаточно было сухих фактов и самого минимума информации о делах компании, а ведь, чтобы правильно расставить акценты в антикризисном управлении, необходимо иметь полную картину происходящего. 

Зинаида провела Милочку в главное офисное помещение, и показала, небольшой кабинет, который специально подготовили к ее приезду.

— Этот кабинет давно не использовался, и медленно превратился в маленькое хранилище. Людочка, вы не переживайте, я лично проконтролировала, как уборщица справилась с наведением порядка, а из дома принесла несколько комнатных растений.

Милочка перевела взгляд на подоконник. Ничего особенного цветы, как цветы: какой-то кактус и парочка цветущих кустов рядом.

— А это, что за игольчатое чудовище, — указала рукой на кактус Борщова.

— Алоэ, а рядом фиалки. Говорят эти цветы особенно чувствительны к общей атмосфере в помещении.

Девушка пожала только плечами. Ни слов благодарности, ничего. Ее не тянуло заводить дружбу с Зинаидой Сергеевной. Милочка просто не могла представить, что может быть у них общего.

— Мне необходимо увидеть, исполнительного директора, — девушка поставила свой рабочий ноутбук в чехле на стол и обогнула стол и заняла свое рабочее место. — У вас есть служебный телефонный справочник, со всеми внутренними номерами?

— В ящике стола.

Девушка открыла ящик и извлекла из него тонкую брошюру. Пролистнула к оглавлению и быстро нашла всю необходимую информацию.

 «Исполнительный директор: Самуил Гаспарович Исмаилов»

 — Самуил Гаспаровч, надеюсь, у себя?

 Зинаида замерла и непонимающе посмотрела на Милочку.

— Самуил Гаспарович, умер, — тихо проговорила женщина и отвела взгляд в сторону.

— Как умер? Почему меня никто не предупредил? Когда это произошло? — Милочка изогнула одну бровь и вопросительно посмотрела на Зинаиду.

— В этом месяце уже год будет, — с грустью в голосе ответила женщина. — Хороший был руководитель, но судьба оказалась к нему несправедлива.

 «Ну ладно, один умер, но наверняка на его место взяли другого».

 — А кто сейчас исполнительный директор? 

 — Так Тимофей разве… — Зинаида недоуменно посмотрела на Борщову.

 — Зинаида Сергеевна, давайте сразу обсудим этот момент, — Милочку что-то подстегнуло встать и направится к двери, не то сильно раздражало общество женщины, не то известия о кончине исполнительного директора внесли сумятицу в ее планы.

«У стен всегда есть уши», — девушка целенаправленно шла прикрыть дверь, но не успела до нее дойти, как ее окликнула Зинаида.

— Людочка, зря вы так отнеслись к Тимофею. Он отличный работник и человек тоже хороший.

— Зинаида Сергеевна, мне глубоко наплевать, какой он человек, а как работника я успела его оценить, еще вчера! И я очень сомневаюсь, что у вашего постояльца не начнутся финансовые затруднения, зато время, пока он подыщет себе новое место работы. Я думаю, сумею убедить исполнительного директора в своей правоте.

— Вы можете уже сейчас начинать убеждать, — Зинаида округлила глаза, сигнализируя, что в кабинете они уже не одни. — Тимофей Павлович Васильков, наш исполнительный директор.

Милочке показалось, что за окном прогремел гром и ее поразило молнией. Она на совершенно на ватных ногах развернулась в том направлении, где предположительно стоял исполнительный директор. Тимофей подпирал спиной дверной косяк, просунув руки в карманы своих брюк, и улыбался одной из своих фирменных улыбочек: классический костюм серого цвета, превосходно сидел на тренированном мужском теле, идеально ровная стрелка на штанах, а из-под пиджака проглядывала та самая рубашка цвета «Тиффани».

 «Где были мои глаза?» — сейчас Милочка очень пожалела, что не рассмотрела Василькова, еще за завтраком, когда они находились дома у Зинаиды. Девушка все утро старательно прятала свой взгляд от мужчины, и только боковым зрением отмечала его, как большое серое пятно, во время всех своих передвижений.

— Зинаида Сергеевна, ко мне никого не пускать! Незапланированное совещание… — он перевел свой плотоядный взгляд на Борщову. — Людмила Анатольевна, прошу, пройдемте в мой кабинет.